Никогда не подумала бы, что последний пост соберёт 434 комментария...
Один вопрошающий задал интересный вопрос: "Насколько священник или монах может быть бывшим?"
Я, конечно, ни тот, ни другой и говорить категорично не хочу, но на ум мне пришла интересная аналогия от анонимных алкоголиков:
Если вы пьёте - то вы зависим, если порываетесь рассказать всем, как счастлива трезвость - вы зависим, если вас больше не тревожат мысли о бутылке - то вы выздоровели.
Действительно, у зависимых (особенно это отмечают руководители 12-шаговых программ) есть период, когда они стремятся рассказать всем о счастье трезвой жизни, своих днях чистоты, во многом, и для убеждения самих себя в правильности этого пути.
Так что, если вы сначала обожали объект N, а теперь норовите его разоблачать, едва ли вы "освободились" от объекта N. Ваши мысли до сих пор в слиянии с ним.
Далеко не всем "бывшим" удаётся построить жизнь, абсолютно свободную от мыслей о пережитом опыте, особенно когда он и сакрален, и травматичен одновременно. О мистическом аспекте этого вообще умолчу.
Кто-то будет десятилетиями сражаться, но уже по противоположную сторону баррикад, доказывая всем нам, но в первую очередь самому себе, верность нового пути.
Один вопрошающий задал интересный вопрос: "Насколько священник или монах может быть бывшим?"
Я, конечно, ни тот, ни другой и говорить категорично не хочу, но на ум мне пришла интересная аналогия от анонимных алкоголиков:
Если вы пьёте - то вы зависим, если порываетесь рассказать всем, как счастлива трезвость - вы зависим, если вас больше не тревожат мысли о бутылке - то вы выздоровели.
Действительно, у зависимых (особенно это отмечают руководители 12-шаговых программ) есть период, когда они стремятся рассказать всем о счастье трезвой жизни, своих днях чистоты, во многом, и для убеждения самих себя в правильности этого пути.
Так что, если вы сначала обожали объект N, а теперь норовите его разоблачать, едва ли вы "освободились" от объекта N. Ваши мысли до сих пор в слиянии с ним.
Далеко не всем "бывшим" удаётся построить жизнь, абсолютно свободную от мыслей о пережитом опыте, особенно когда он и сакрален, и травматичен одновременно. О мистическом аспекте этого вообще умолчу.
Кто-то будет десятилетиями сражаться, но уже по противоположную сторону баррикад, доказывая всем нам, но в первую очередь самому себе, верность нового пути.