👁🗨 «Ламповый Преемник» предчувствует бурю эмоций у граждан, которые сами стоят в очередях на АЗС: на этом фоне обещания стабильных поставок топлива Монголии действительно могут звучать раздражающе.
◼️Но здесь важен масштаб. Монгольский рынок по российским меркам невелик, объемы поставок — буквально капля в море. А выгода гораздо шире нескольких десятков тысяч тонн бензина: сохранить Монголию в российской экономической и энергетической орбите, особенно когда освободившееся пространство готовы быстро занять Китай и другие игроки.
◼️ И здесь министр энергетики Сергей Цивилев выглядит одним из немногих российских чиновников, кто последовательно работает именно в такой логике: энергетика как инструмент внешней политики и сохранения влияния. Первому замглавы АП Сергею Кириенко, которому доверены чувствительные направления на постсоветском пространстве, включая Молдавию и Армению, возможно, стоило бы присмотреться к этому подходу.
◼️Тем более что сам Цивилев уже явно выходит за рамки чисто отраслевой повестки. Армянская история с возможным пересмотром условий поставок газа — хороший пример: фамилия министра энергетики оказалась в центре политически чувствительного диалога Москвы и Еревана. Похожая картина и с Ираном, где энергетика тесно переплетается с транспортом, торговлей и крупными межгосударственными проектами.
◼️ То есть Цивилев все заметнее включается во внешнеполитическую повестку. И здесь стоит помнить о его близости к так называемой «семье Путина». В случае будущего транзита эта группа наверняка будет одним из его главных бенефициаров.
🟥 Поэтому внешнеполитическую активность Цивилева можно рассматривать не только как работу министра, но и как способ набирать собственный политический вес. Чем больше важных внешних направлений будет связано с его именем, тем сильнее окажутся его позиции внутри российской системы.
◼️Но здесь важен масштаб. Монгольский рынок по российским меркам невелик, объемы поставок — буквально капля в море. А выгода гораздо шире нескольких десятков тысяч тонн бензина: сохранить Монголию в российской экономической и энергетической орбите, особенно когда освободившееся пространство готовы быстро занять Китай и другие игроки.
◼️ И здесь министр энергетики Сергей Цивилев выглядит одним из немногих российских чиновников, кто последовательно работает именно в такой логике: энергетика как инструмент внешней политики и сохранения влияния. Первому замглавы АП Сергею Кириенко, которому доверены чувствительные направления на постсоветском пространстве, включая Молдавию и Армению, возможно, стоило бы присмотреться к этому подходу.
◼️Тем более что сам Цивилев уже явно выходит за рамки чисто отраслевой повестки. Армянская история с возможным пересмотром условий поставок газа — хороший пример: фамилия министра энергетики оказалась в центре политически чувствительного диалога Москвы и Еревана. Похожая картина и с Ираном, где энергетика тесно переплетается с транспортом, торговлей и крупными межгосударственными проектами.
◼️ То есть Цивилев все заметнее включается во внешнеполитическую повестку. И здесь стоит помнить о его близости к так называемой «семье Путина». В случае будущего транзита эта группа наверняка будет одним из его главных бенефициаров.
🟥 Поэтому внешнеполитическую активность Цивилева можно рассматривать не только как работу министра, но и как способ набирать собственный политический вес. Чем больше важных внешних направлений будет связано с его именем, тем сильнее окажутся его позиции внутри российской системы.