Обеспечительные меры в поддержку арбитража LCIA: о чем забыл отечественный суд.
Российский суд принял обеспечительные меры в поддержку арбитража LCIA, при этом ответчик якобы не подписывал арбитражную оговорку. Сам по себе факт мер не несет ничего нового. Такое уже было (см. дело № А41-37384/09), но вот меры в отношении лица, которое якобы не связано арбитражным соглашением, это уже интересно, но суд этот вопрос обошел.
Логика суда такова: поскольку трибунал "вынес постановление о наличии у него компетенции рассматривать спор", то могут быть приняты обеспечительные меры в российском суде (с учетом доказательств необходимости их принятия). Очень легко.
К сожалению, суд "забыл" сказать о юридической силе постановления трибунала о компетенции в стране, которая не является местом арбитража:
(1) такое постановление признается отечественным правопорядком as is?
либо
(2) российский суд обязан по-новому рассмотреть (проверить) наличие компетенции у трибунала (проверить наличие арбитражного соглашения). При этом стандарт проверки (представления доказательств) также может быть разным: prima faice / de novo. Разъяснения ВС РФ с учетом международной практики говорят о необходимости пересмотра вывода трибунала о компетенции de novo.
Если бы суд пошел по второму пути, то
во-первых, мог бы прийти к иному выводу, отсутствие компетенции = отказ в мерах,
во-вторых, суд установил бы наличие арбитражной оговорки, что само по себе означало бы рассмотрение вопроса через две/три возможные опции:
(1) через закон места арбитража (lex arbitri), но это, скорее всего для отечественного суда сомнительный подход, поскольку суд в 99% "связан" "своим законом" (lex loci);
(2) через lex loci;
(3) через идею делокализации арбитража, но в нынешних реалиях об этом даже нет смысла говорить.
В общем, очередное интересное дело с точки зрения теории международного арбитража, разрешенное достаточно поспешно. Посмотрим, может быть, апелляция что-то скажет интересное.
Российский суд принял обеспечительные меры в поддержку арбитража LCIA, при этом ответчик якобы не подписывал арбитражную оговорку. Сам по себе факт мер не несет ничего нового. Такое уже было (см. дело № А41-37384/09), но вот меры в отношении лица, которое якобы не связано арбитражным соглашением, это уже интересно, но суд этот вопрос обошел.
Логика суда такова: поскольку трибунал "вынес постановление о наличии у него компетенции рассматривать спор", то могут быть приняты обеспечительные меры в российском суде (с учетом доказательств необходимости их принятия). Очень легко.
К сожалению, суд "забыл" сказать о юридической силе постановления трибунала о компетенции в стране, которая не является местом арбитража:
(1) такое постановление признается отечественным правопорядком as is?
либо
(2) российский суд обязан по-новому рассмотреть (проверить) наличие компетенции у трибунала (проверить наличие арбитражного соглашения). При этом стандарт проверки (представления доказательств) также может быть разным: prima faice / de novo. Разъяснения ВС РФ с учетом международной практики говорят о необходимости пересмотра вывода трибунала о компетенции de novo.
Если бы суд пошел по второму пути, то
во-первых, мог бы прийти к иному выводу, отсутствие компетенции = отказ в мерах,
во-вторых, суд установил бы наличие арбитражной оговорки, что само по себе означало бы рассмотрение вопроса через две/три возможные опции:
(1) через закон места арбитража (lex arbitri), но это, скорее всего для отечественного суда сомнительный подход, поскольку суд в 99% "связан" "своим законом" (lex loci);
(2) через lex loci;
(3) через идею делокализации арбитража, но в нынешних реалиях об этом даже нет смысла говорить.
В общем, очередное интересное дело с точки зрения теории международного арбитража, разрешенное достаточно поспешно. Посмотрим, может быть, апелляция что-то скажет интересное.