Репост из: Саги минувших времён
«Мир состоит не из готовых, законченных предметов, а представляет собой совокупность процессов», — писал Энгельс.
Мы уже не раз смотрели на самые разные явления в развитии. Теперь поговорим о развитии научной мысли.
Научные теории тоже не возникают в готовом виде.
Хотя есть, конечно, большой соблазн рассматривать историю науки через призму «школ» и «концепций», как будто совершенно не связанных друг с другом. Вешать ярлыки: «они здесь заблуждались».
Но на деле развитие мысли — это не череда отдельных заблуждений, после которых однажды вдруг появляется готовая «правильная» теория.
Каждая новая ступень, с одной стороны, вырастает из уже имеющихся знаний. С другой — определяется теми способами производства, общественными отношениями и уровнем развития производительных сил, которые существуют в ее эпоху. И сама, в свою очередь, дает толчок дальнейшему развитию.
Так происходило и с политической экономией.
Она складывалась постепенно — вместе с развитием производства, торговли, рынка, разделения труда и изменением общественных отношений.
Отдельные элементы экономической мысли мы находим уже в античности. Деньги, обмен и разделение труда уже существовали — значит, существовали и вопросы, связанные с ними.
Аристотель различал два способа использования вещи: ее можно употребить непосредственно, а можно обменять. Так он подошел к различию между потребительной и меновой стоимостью.
Платон связывал устройство города с разделением труда: люди специализируются на разных занятиях и обмениваются произведенными продуктами.
Но дальше античная мысль пойти не могла.
В античном обществе основой производства оставался труд рабов, а товарный обмен, хотя и был хорошо развит, еще не определял хозяйственную жизнь в целом. Поэтому экономическая мысль обращалась прежде всего к отдельным явлениям — деньгам, обмену, торговле, разделению труда.
С переходом к феодализму меняются и основные классовые отношения.
Теперь непосредственный производитель — уже не раб, а зависимый крестьянин. Он ведет собственное хозяйство на земле, но часть произведенного продукта или своего труда отдает феодалу в виде ренты и повинностей.
При этом большая часть произведенного еще не становится товаром, а потребляется.
Торговля и денежный обмен развиваются, особенно вместе с ростом городов и ремесла, но пока охватывают лишь малую часть экономической жизни общества.
Поэтому меняется и круг вопросов, которые пытаются осмыслить.
В Средние века рассуждают прежде всего о «справедливой цене», допустимости торговой прибыли, процента и ростовщичества. Причем рассматривают эти вопросы через право, мораль и религию.
Но постепенно товарное производство и торговля занимают все большее место.
К XVI–XVII векам развиваются мануфактуры, растет международная торговля, складывается мировой рынок, идет первоначальное накопление капитала. Торговля уже не просто связывает отдельные города и области — она становится одним из важнейших факторов экономической и политической жизни государств.
И именно в этих условиях складывается меркантилизм — одно из первых крупных направлений политической экономии Нового времени.
Источник богатства меркантилисты ищут прежде всего в сфере обращения — в деньгах и внешней торговле. Они считают, что чем больше денег остается внутри страны, тем она богаче.
Но и сам меркантилизм не остается неизменным.
Антонио Серра, разбирая причины богатства страны, приходит к выводу, что приток золота и серебра зависит не только от собственных рудников, но и от развития ремесла, производства и торговли.
Томас Ман развивает эту мысль и показывает, что сам по себе вывоз денег вовсе не обязательно означает потерю богатства. Деньги можно вывезти, купить на них товары и затем выгодно их перепродать. Важен уже не сам факт вывоза золота, а результат внешней торговли в целом.
То есть даже внутри меркантилизма мы видим то же развитие: по мере усложнения экономических отношений усложняется и их осмысление.
Мы уже не раз смотрели на самые разные явления в развитии. Теперь поговорим о развитии научной мысли.
Научные теории тоже не возникают в готовом виде.
Хотя есть, конечно, большой соблазн рассматривать историю науки через призму «школ» и «концепций», как будто совершенно не связанных друг с другом. Вешать ярлыки: «они здесь заблуждались».
Но на деле развитие мысли — это не череда отдельных заблуждений, после которых однажды вдруг появляется готовая «правильная» теория.
Каждая новая ступень, с одной стороны, вырастает из уже имеющихся знаний. С другой — определяется теми способами производства, общественными отношениями и уровнем развития производительных сил, которые существуют в ее эпоху. И сама, в свою очередь, дает толчок дальнейшему развитию.
Так происходило и с политической экономией.
Она складывалась постепенно — вместе с развитием производства, торговли, рынка, разделения труда и изменением общественных отношений.
Отдельные элементы экономической мысли мы находим уже в античности. Деньги, обмен и разделение труда уже существовали — значит, существовали и вопросы, связанные с ними.
Аристотель различал два способа использования вещи: ее можно употребить непосредственно, а можно обменять. Так он подошел к различию между потребительной и меновой стоимостью.
Платон связывал устройство города с разделением труда: люди специализируются на разных занятиях и обмениваются произведенными продуктами.
Но дальше античная мысль пойти не могла.
В античном обществе основой производства оставался труд рабов, а товарный обмен, хотя и был хорошо развит, еще не определял хозяйственную жизнь в целом. Поэтому экономическая мысль обращалась прежде всего к отдельным явлениям — деньгам, обмену, торговле, разделению труда.
С переходом к феодализму меняются и основные классовые отношения.
Теперь непосредственный производитель — уже не раб, а зависимый крестьянин. Он ведет собственное хозяйство на земле, но часть произведенного продукта или своего труда отдает феодалу в виде ренты и повинностей.
При этом большая часть произведенного еще не становится товаром, а потребляется.
Торговля и денежный обмен развиваются, особенно вместе с ростом городов и ремесла, но пока охватывают лишь малую часть экономической жизни общества.
Поэтому меняется и круг вопросов, которые пытаются осмыслить.
В Средние века рассуждают прежде всего о «справедливой цене», допустимости торговой прибыли, процента и ростовщичества. Причем рассматривают эти вопросы через право, мораль и религию.
Но постепенно товарное производство и торговля занимают все большее место.
К XVI–XVII векам развиваются мануфактуры, растет международная торговля, складывается мировой рынок, идет первоначальное накопление капитала. Торговля уже не просто связывает отдельные города и области — она становится одним из важнейших факторов экономической и политической жизни государств.
И именно в этих условиях складывается меркантилизм — одно из первых крупных направлений политической экономии Нового времени.
Источник богатства меркантилисты ищут прежде всего в сфере обращения — в деньгах и внешней торговле. Они считают, что чем больше денег остается внутри страны, тем она богаче.
Но и сам меркантилизм не остается неизменным.
Антонио Серра, разбирая причины богатства страны, приходит к выводу, что приток золота и серебра зависит не только от собственных рудников, но и от развития ремесла, производства и торговли.
Томас Ман развивает эту мысль и показывает, что сам по себе вывоз денег вовсе не обязательно означает потерю богатства. Деньги можно вывезти, купить на них товары и затем выгодно их перепродать. Важен уже не сам факт вывоза золота, а результат внешней торговли в целом.
То есть даже внутри меркантилизма мы видим то же развитие: по мере усложнения экономических отношений усложняется и их осмысление.