— Что происходит сейчас?
Архитектуру часто воспринимают сугубо как искусство, но она прежде всего прямое следствие экономики. Китайская архитектура при всём стилистическом разнообразии и интересных находках это хорошо показывает. Сейчас произошли три важных сдвига.
Первый — смена поколения архитекторов. Если раньше Китай приглашал мировых звёзд на амбициозные проекты, то сегодня главную роль всё чаще играют сами китайские архитекторы. Вместо рекордной высоты и эффектных жестов возник новый китайский язык: большие общественные здания становятся похожими на холмы, растворяются в рельефе и отсылают к традиционной живописи. Придумал этот язык архитектор Ма Яньсун из бюро MAD ещё в середине 2000-х, и с тех пор на него равняется половина индустрии. Это попытка сделать современную архитектуру одновременно глобальной и узнаваемо китайской.
(А в 2025 году Притцкеровскую премию и вовсе получил Лю Цзякунь, всю карьеру создававший не глобальные здания-иконы, а локальную архитектуру вокруг Чэнду.)
Второй сдвиг — работа с существующим. В интернете полно фотографий китайских проектов реконструкции с голым бетоном, арматурой, старым кирпичом — ещё десять лет назад бывшие заводы и фабрики было проще снести. Теперь крупный снос стал слишком дорогим и конфликтным, поэтому государство делает ставку на микрореновацию. Правда, большая часть таких проектов не про модные музеи в Шанхае, а про прозаичный ремонт коммуникаций, лифтов, фасадов и дворов в старой застройке.
Третий сдвиг — переход от городов к сельской местности. С 2017 года действует стратегия возрождения деревни: если в деревне появляются музей, общественное пространство, гостиница и туризм, вероятность того, что молодёжь уедет в мегаполис, становится намного меньше. Это чем-то напоминает российские разговоры о спасении малых городов — логика везде одна и та же, просто у Китая есть на это бюджет и куда более длинный горизонт планирования.
А сверху всё это покрывается слоем соцсетей. Условные Xiaohongshu и Douyin превратили фотогеничность места в экономический ресурс. Архитектура всё чаще проектируется не только как пространство, но и как картинка в интернете. Архитектура создаёт мем, мем — туристический поток, а туристический поток начинает окупать саму архитектуру. Неудивительно, что фотографии новых проектов выглядят как идеальные маркетинговые баннеры.
Тридцать лет догоняющего развития и колоссального внутреннего спроса привели к тому, что именно в Китае сейчас самая интересная архитектура на свете — просто в силу объёма рынка и масштаба экономики: больше проектов, больше экспериментов, больше архитекторов, у которых есть возможность пробовать. И это явно не конец истории — через десять лет китайские архитекторы построят и ваш новый дом.
Архитектуру часто воспринимают сугубо как искусство, но она прежде всего прямое следствие экономики. Китайская архитектура при всём стилистическом разнообразии и интересных находках это хорошо показывает. Сейчас произошли три важных сдвига.
Первый — смена поколения архитекторов. Если раньше Китай приглашал мировых звёзд на амбициозные проекты, то сегодня главную роль всё чаще играют сами китайские архитекторы. Вместо рекордной высоты и эффектных жестов возник новый китайский язык: большие общественные здания становятся похожими на холмы, растворяются в рельефе и отсылают к традиционной живописи. Придумал этот язык архитектор Ма Яньсун из бюро MAD ещё в середине 2000-х, и с тех пор на него равняется половина индустрии. Это попытка сделать современную архитектуру одновременно глобальной и узнаваемо китайской.
(А в 2025 году Притцкеровскую премию и вовсе получил Лю Цзякунь, всю карьеру создававший не глобальные здания-иконы, а локальную архитектуру вокруг Чэнду.)
Второй сдвиг — работа с существующим. В интернете полно фотографий китайских проектов реконструкции с голым бетоном, арматурой, старым кирпичом — ещё десять лет назад бывшие заводы и фабрики было проще снести. Теперь крупный снос стал слишком дорогим и конфликтным, поэтому государство делает ставку на микрореновацию. Правда, большая часть таких проектов не про модные музеи в Шанхае, а про прозаичный ремонт коммуникаций, лифтов, фасадов и дворов в старой застройке.
Третий сдвиг — переход от городов к сельской местности. С 2017 года действует стратегия возрождения деревни: если в деревне появляются музей, общественное пространство, гостиница и туризм, вероятность того, что молодёжь уедет в мегаполис, становится намного меньше. Это чем-то напоминает российские разговоры о спасении малых городов — логика везде одна и та же, просто у Китая есть на это бюджет и куда более длинный горизонт планирования.
А сверху всё это покрывается слоем соцсетей. Условные Xiaohongshu и Douyin превратили фотогеничность места в экономический ресурс. Архитектура всё чаще проектируется не только как пространство, но и как картинка в интернете. Архитектура создаёт мем, мем — туристический поток, а туристический поток начинает окупать саму архитектуру. Неудивительно, что фотографии новых проектов выглядят как идеальные маркетинговые баннеры.
Тридцать лет догоняющего развития и колоссального внутреннего спроса привели к тому, что именно в Китае сейчас самая интересная архитектура на свете — просто в силу объёма рынка и масштаба экономики: больше проектов, больше экспериментов, больше архитекторов, у которых есть возможность пробовать. И это явно не конец истории — через десять лет китайские архитекторы построят и ваш новый дом.