Валерий Рашкин перестал изображать невинность и признался в убийстве лося. В обращении Рашкина есть сразу несколько слабых моментов: если он был искренне уверен, что разрешение есть, то зачем почти три недели нужно было врать о «подброшенном» лосе? Сам Рашкин что-то мямлит про то, что не хотел подставлять друзей, значит все-таки он сомневался в законности своих действий и на добросовестное заблуждение это уже не тянет.

Второй важный момент: алкоголь. Рашкин уверяет, что вообще не пьет, а от медосвидетельствования отказался, потому что опасался фальсификации. Собирался провести независимую экспертизу, но закрутился в поисках адвокатов и не успел. Тут и без адвоката ясно, что в данной ситуации ее надо было делать сразу же и Рашкин просто нагло врет. В этом вранье Рашкин весьма похож на своего партнера по оппозиционной борьбе – Навального – который точно также отрицал свое участие в махинациях и хищениях в «Ив Роше». Увы, участь Навального не стала для Рашкина уроком того, что политическая карьера не является индульгенцией от наказания за свои грешки.

Обращение Рашкина в первую очередь нацелено на электорат КПРФ, с которым коммунист и пытается объясниться. У нас для этого электората есть неприятные новости: КПРФ держит своих избирателей за лохов, которые съедят любую туфту. К сожалению, в отличие от браконьерства, держать избирателей за идиотов законом не запрещено.