meatinvestor

В 2022 году почти 90% акций СМЗ отошли государству после того, как приватизацию предприятия от 1992 года признали незаконной. Затем по иску прокуратуры в доход государства обратили оставшиеся 10% акций, которые принадлежали миноритариям (более 2000 человек). Миноритарии пошли в суд. Их позицию публично поддержали глава ЦБ Эльвира Набиуллина, председатель набсовета «Московской биржи» Сергей Швецов и глава РСПП Александр Шохин. Не помогло. А Верховный суд РФ отказался рассматривать сами кассационные жалобы миноритарных акционеров СМЗ. Комментирует один из недовольных миноритариев Илья Доронкин:

«В целом это уже давно не вопрос убытков по конкретной позиции — это огромный прецедент для всего фондового рынка. Когда любую бумагу, в принципе купленную на торгах, могут взять, истребовать и не дать возможности законной защиты собственных интересов. Мы рассчитывали на всестороннюю, полную, справедливую оценку этого кейса, но наше обращение даже отказались рассматривать».

Что касается убытков, то часть миноритариев ранее согласилась получить компенсацию от Росатома за изъятые акции. Структура, которой теперь отошёл завод, выплатила инвесторам по 9 600 рублей за бумагу. Многих эта сумма устроила.
Если бы мажоритарный пакет акций не изымался, а выкупался бы новым крупным акционером, тогда эта компания должна была бы выйти к миноритариям с офертой. Цена в таком случае не должна быть меньше средневзвешенной за полгода до сделки. В случае с Соликамским заводом можно спорить о том, какую дату брать за точку отстаёт, но если стартовать с момента изъятия мажиритарного пакета, получается, что за предыдущие полгода одна акция СМЗ в среднем стоила около 10 тысяч. Однако миноритарии указывают на то, что в таком сценарии не учтены дивиденды, которые они должны были поучать и так далее.
Но некоторым деньги здесь не так важны, как принцип. С этим полностью согласен инвестбанкир, основатель медиасистемы Bitkogan Евгений Коган:

«Это решение может иметь самые неприятные последствия для российского фондового рынка. Оно ставит под сомнение идеи президента о существенном росте капитализации российского рынка. Потому что либо мы понимаем, что сделка, проведённая на бирже не может быть отменена, либо мы понимаем, что можно, в принципе, признать любую сделку недействительной и сомнительной. Но в таком случае зачем на этом рынке работать?»

По словам опрошенных БФМ экспертов, по своей сути это прецедент для рынка круче дела Долиной, но если роль оставшейся ни с чем Полины Лурье смогли примерить на себя все граждане страны, то судьба каких-то там миноритарных инвесторов, купивших какие-то там акции, большинству безразлична. А государство чётко дало понять: активы, по которым у властей есть вопросы к собственникам, сменят собственника. Из-за иностранного гражданства, стратегической значимости или по каким-то ещё основаниям. А миноритарии: «лес рубят — щепки летят», — комментирует профессор Финансового университета Константин Симонов:

«Дело Долиной вызвало колоссальный общественный эффект, с которым, как ни странно, ни история с региональными заводами, ни даже история с Домодедово не может сравниться. Вокруг дела Долиной возник такой колоссальный общественный хайп, который пришлось услышать. Мы же понимаем, что даже дело Долиной показало: у серьёзных судебных инстанций желание услышать пострадавшую сторону возникает только тогда, когда этот скандал приобретает едва ли не черты гражданской акции».

Миноритарии СМЗ заявили БФМ, что пойдут до конца. Как минимум подадут жалобу на имя заместителя председателя Верховного суда или на имя председателя - Игоря Краснова, который к слову, возглавлял Генеральную прокуратуру, в момент, когда она инициировала иск в отношении акционеров СМЗ.