Арест Ройзмана – это не просто преследование одиозного оппозиционера с отчетливой антивоенной позицией.
Ройзман не простой оппозиционер, Свердловская область очень непростой регион, в политической системе которого свежий арестант занимал своеобразное положение.
Так вышло, что Свердловская область была белой вороной среди не национальных регионов несмотря на то, что никакого особого статуса и даже формального именования она так и не получила, но влияние организованных преступных группировок на региональную власть и отчетливые сепаратистские тенденции в начале 90-х, сформировали очень своеобразный политический ландшафт и очень осторожное отношение федерального центра.
Евгений Ройзман же непосредственно относился к главной политической и экономической силе Свердловской области 90-х и даже больше части «нулевых» - уралмашевской ОПГ. Он никогда там не был на первых ролях, его скорее можно было отнести к управлению «общественными проектами» уралмашевских. Благотворительный фонд и фонд борьбы с наркотиками прикрывали реальную деятельность ОПГ и её контакты с властью, легитимизировали в глазах общества некоторые силовые акции, а также поддерживали монопольный статус уралмашевских на рынке сбыта наркотиков в Екатеринбурге.
Всё это позволяло Ройзману светить лицом, набирать определенную популярность и даже ненадолго избраться мэром города (стать главой горсовета). В среднестатистических региона РФ такая общественно-политическая деятельность очень быстро приводила к посадке подобных персонажей. Ройзману же все сходило с рук, поскольку влияние уралмашевских все еще сильно, а во внутренние дела Свердловской области центр предпочитает сильно не лезть.
Но СВО перераспределило акценты, а слишком активная, и даже эпатажная антивоенная риторика отменила любые негласные охранные грамоты. Впрочем, думаем, местные элиты еще поборются за Ройзмана. Тот же Куйвашев уже высказался в нейтрально-защищающей Ройзмана манере.
Ройзман не простой оппозиционер, Свердловская область очень непростой регион, в политической системе которого свежий арестант занимал своеобразное положение.
Так вышло, что Свердловская область была белой вороной среди не национальных регионов несмотря на то, что никакого особого статуса и даже формального именования она так и не получила, но влияние организованных преступных группировок на региональную власть и отчетливые сепаратистские тенденции в начале 90-х, сформировали очень своеобразный политический ландшафт и очень осторожное отношение федерального центра.
Евгений Ройзман же непосредственно относился к главной политической и экономической силе Свердловской области 90-х и даже больше части «нулевых» - уралмашевской ОПГ. Он никогда там не был на первых ролях, его скорее можно было отнести к управлению «общественными проектами» уралмашевских. Благотворительный фонд и фонд борьбы с наркотиками прикрывали реальную деятельность ОПГ и её контакты с властью, легитимизировали в глазах общества некоторые силовые акции, а также поддерживали монопольный статус уралмашевских на рынке сбыта наркотиков в Екатеринбурге.
Всё это позволяло Ройзману светить лицом, набирать определенную популярность и даже ненадолго избраться мэром города (стать главой горсовета). В среднестатистических региона РФ такая общественно-политическая деятельность очень быстро приводила к посадке подобных персонажей. Ройзману же все сходило с рук, поскольку влияние уралмашевских все еще сильно, а во внутренние дела Свердловской области центр предпочитает сильно не лезть.
Но СВО перераспределило акценты, а слишком активная, и даже эпатажная антивоенная риторика отменила любые негласные охранные грамоты. Впрочем, думаем, местные элиты еще поборются за Ройзмана. Тот же Куйвашев уже высказался в нейтрально-защищающей Ройзмана манере.