Дима Кириченко

В прошлый раз я отвечал на вопросы о том, как стать маркетологом. В этот — отвечу на вопросы товарища, который за последний год сменил трёх маркетологов, устал и теперь пытается понять, это ему так не везёт или правда все мудаки.

Поговорю про то, как вообще понять, нормальный у тебя маркетолог или нет, что можно требовать от сммщика, почему контент выходит каждый день, а денег больше не становится, и где заканчивается плохой маркетинг и начинается плохой продукт.

Если у вас малый бизнес в регионе и есть похожие вопросы — пишите. Будет что-то интересное, тоже в подкасте отвечу.

По моей информации, скоро будет новая волна мобилизации, призовут несколько миллионов.

На складах уже готовы миллионы комплектов суперсовременной брони Ратник-4, которая разрабатывалась последний год и обладает стелс модулем.

Когда мобилизация закончится, Владимир Владимирович будет готов привести план в действие, а именно, будут нанесены молниеносные разрезающие удары соединениями под прикрытием тысяч Армат и сотни новейших Су-57. Также будет активно работать лазер Пересвет.

Цель удара будет Ла-Манш — это будет первый этап. Второй этап — это высадка на берег США, которая будет осуществляться с двух сторон континента.

Штаты падут в течение нескольких недель, а Трамп будет посажен к Мадуро.

Ждём и наблюдаем. Владимир Владимирович продумал всё, как в шахматной партии.

Я чувствую, как кровь приливает к голове и мир становится кристально ясным и черно-белым. Есть я — носитель истины, и есть ты — заблудшая овца, которую надо привести к истине. Желательно через унижение.

Ради этой секунды я готов испортить вечер, который мог быть хорошим. Готов разрушить отношения, которые строились годами. Потому что кайф от того, что я уел собеседника, сильнее кайфа от виски, сигарет и порнографии вместе взятых.

Я не алкоголик. Я могу не пить месяцами. Я не курю, не сижу на игле и даже уведомления в телефоне отключил.

Но есть кое-что, от чего я не в силах отказаться.

Терпи, заблудшая овца.

Пришёл в кино на последний ряд. Специально, чтобы никто не смотрел, как я ем принесённую с собой еду.

Там, в темноте, я чувствую себя королём. У меня там целый мир: сэндвич из дома, чай в термокружке и полное отсутствие желания платить 550 рублей за стакан газировки с тремя глотками сиропа.

Я ел и наслаждался тем, что фильм говно, но я ничего не потерял.

И тут в паре рядов перед собой я увидел парня. Он повернулся к сумке, достал оттуда контейнер. Потом ещё один поменьше. Потом, я клянусь, у него в руке появилась вилка.

Он ел свою домашнюю еду с таким достоинством и настолько не пытался скрывать, что мне стало понятно — никакой я не король. Я жалкий барон, ютящийся на задворках его империи.

Он — Император. Император «Пошли вы в жопу со своим попкорном за 800 рублей». Я сидел и сильно его уважал. Хороший был фильм.

Я листаю контакты в айфоне. Сотни людей, друзей, бывших коллег и случайных знакомых, которым я никогда уже не позвоню и которых не увижу. Проблема не в том, что они все умерли, а в том, что больше всего на свете мне нравится крутить зажигалку в руках и смотреть на стену.

Куда-то с ними идти означает, что надо встать с дивана, одеться во что-нибудь приличное и выйти из дома. Честно говоря, я не готов это делать чаще одного раза в месяц. Я уже истратил весь запас отмазок, вплоть до самых диких. Например, что у меня болят ступни.

И вот я с тоской протираю кроссовки, прикидывая, сколько бы я заплатил, если бы ко мне пришли и предложили справку о том, что мне нельзя приближаться к людям. Тысяч двести бы дал. Но никто не приходит и меня не спасает, и мне опять надо куда-то идти.

Сколько реально зарабатывают маркетологи, как получить первые заказы и возможен ли гибкий график или всё таки придётся пахать.

Записал об этом войс для товарища, который решил сменить профессию и стать маркетологом.

Будет интересно тем, кто смотрит в сторону маркетинга или уже в нём работает, плюс собственникам малого бизнеса — чтобы лучше понимать, кого они нанимают, за что платят и где их могут наебать.

Всем остальным — нет.

Таймкоды:

00:00 — как я докатился до жизни такой и стал маркетологом

04:05 — с чего начинать новичку и почему я бы шёл в общепит

05:28 — что нужно уметь на старте, чтобы тебе хотели платить

11:07 — гибкий график: когда он правда возможен, а когда придётся пахать

13:12 — первые клиенты и деньги: где их искать и на какие деньги рассчитывать

И последнее — на чём я подорвался за последнее время.

Гниды есть не только среди тех, кто пишет поганые отзывы в 2гис, и не только в отелях, которыми владеют не самые хорошие люди. Хватает гнид и среди тех, кто купил самолёты и образовал авиакомпанию.

С весны этого года, если рейс задерживается более чем на полчаса, можно вернуть деньги в полном размере. Без разницы, возвратный билет, невозвратный или чартер: задержали рейс больше чем на полчаса — возвращайте деньги.

Господа, я же не виноват, что идёт война. Я просто купил билет, заплатил деньги и хочу вылететь и прилететь вовремя. Если вы не можете — мне не подходит, верните мои жалкие 9 тысяч.

Ютэйр это понимает. Ямал понимает. S7 понимает. Все понимают.

Кроме одного — Аэрофлота.

Таких жуков я не люблю ещё больше, чем Пинского. Не верю, что дважды за месяц можно случайно попробовать отказать мне в возврате.

И только для этого я пишу этот текст.

Имейте в виду: их всех можно заставить. По закону, с улыбкой и с самыми добрыми намерениями.

Всё вернут, гадины ебучие.

Девятнадцать тысяч в сутки — достаточно большие деньги. Тем более в Сочи, где каждый день звучат тревоги.

Я платил их, когда был холостым, платил в день свадьбы с женой, хотел заплатить и сейчас, когда мы приехали с дочерью.

Бутик-отель Довлатов — прямо напротив казино. Бассейн с видом на горы, мало людей и самое главное — безумные завтраки.

Но туда пришёл Пинский, друг Тимати, ресторатор или его группа, не знаю. Пришёл, выкупил и всё испортил. Назвал его Pinskiy, а вместе с отелем, видимо, решил испортить и ресторан, разместив там свою Loona.

Сырник!

В меню так и написано: «Сырник». Он правда один. Один, мать его сырник. Большая тарелка, с левого края ютится сиротка. Вкусный, тёплый, но один.

Я такого не видел. Не может за 19 тысяч в сутки лежать на тарелке один сырник.

Раньше на ней лежал лосось, много лосося, круассаны лежали, сыры, десерты. Много десертов!

Лучшая шведская линия, которая мне встречалась. Ни в одном отеле Турции такого не было.

Но пришёл Пинский. Пришёл и всё испортил. Вместо шведской линии — теперь короткое меню, где 3 десерта на выбор, среди которых сырник.

Конечно, я был не доволен и попросил вернуть деньги назад. Не за те сутки, которые уже почти прошли, а за все остальные.

Так можно, это по закону. От всех услуг, расходы на которые исполнитель ещё не понёс, можно отказаться. Об этом прямо сказано в законе о гостиницах, об этом сказано в гражданском кодексе и в самом законе о правах потребителя.

Сначала мне сказали, что это невозможно, потом — что недопустимо, потом предложили компенсацию 3200 в сутки, и в конце концов дали бланк на возврат.

В 2026 году — бланк, который нужно заполнять вручную. Вручную вписывать свой ИНН, номер апартаментов и реквизиты счёта, на который потом двадцать пять дней не отправят деньги.

Прошло двадцать пять дней, пошёл двадцать шестой. Всё это время я переписывался с отелем, напоминал им про Роспотребнадзор, суд, неустойку и досудебную претензию — и только сегодня они мои деньги отдали.

Но сейчас я хочу всех предостеречь, чтобы вы знали, что в Сочи, помимо тревог и ракетной опасности, есть вещи гораздо ужасней — например, отель Pinskiy в Красной Поляне.

Я уже нормально отношусь ко всем людям. Не презираю пьяниц, проституток, почти не презираю даже лудоманов.

Из всех людей, с кем я вынужден общаться, я презираю только тех, кому нехуй делать. Особенно, если это мужчины и им 30 и больше.

Я сейчас помогаю одним своим друзьям с маркетингом, абсолютно добрые и порядочные люди. У заведения за две недели 65 отзывов, рейтинг 5. Всем всё нравится.

Кроме одного. Кроме одного взрослого пидараса, которому по фото лет 40.

Он ставит нам единицу, потому что: «Ощущения как на мусорке. Принципиально не пойду туда, где люди даже мусор не могут унести, мусорные баки в 10 метрах. По мне это показатель плохого места» — и прикрепляет фотографию нашего аварийного выхода.

На которой помимо двери и лестницы, есть картонные коробки. Которые мы копим по 2-3 дня, чтобы вызвать специальную службу, договориться на время и заплатить деньги, чтобы они эти коробки забрали и переработали.

А эта сука идёт мимо, фоткает и пишет гадость. Он не был у нас внутри, не ел нашу еду, не видел нашу открытую кухню. Он увидел хозяйственный блок с улицы и пишет гадость. И в этот момент он хуже пьяниц, проституток и лудоманов.

Они хотя бы ищут кайф для себя, а он, в 35-40 лет, всерьез ходит по городу и ищет, кому бы поставить единицу в 2гисе. Я уверен, что он и жене даёт деньги только в долг, и в Кадетстве любил больше всех Сырникова.

Я начинал прошлый год молодым, весёлым, холостым и без долгов. А закончил — когда мне 30, я женат, у меня есть дочь и долг в 6 миллионов.

Я произношу эту цифру вслух, когда чищу зубы. Смотрю в зеркало и говорю: «Шесть миллионов».

Соседка заходит с пакетами в лифт, просит нажать на шестой. А я про себя думаю: «У тебя этаж шестой, а у меня долг в шесть миллионов, представь?».

Сижу с другом, разговор идёт: «Ну как ты вообще?». И я так спокойно: «Шесть миллионов, брат. Давят».

А вечером я ложусь спать, выключаю свет и в темноте произношу цифру шёпотом, почти как молитву. Не чтобы стало легче, а ради удовольствия.

Шесть миллионов. Всего под 6% процентов.

Моя дочь спросит меня, когда вырастет: «Папа, а что ты делал, когда всё это происходило?». Я честно ей отвечу: «Я варил тебе кашу, дочь. И старался, чтобы она не пригорела. Я менял тебе подгузники и учил держать ложку. Я зарабатывал деньги, чтобы купить тебе нормальную обувь на зиму. И я писал тексты. Смешные и глупые, но свои. Вот что я делал».

Может, она скажет, что я был обывателем и прятал голову в песок, раз не задавал вопросы государству. А я ей скажу, что песок был влажный и из него отлично строятся замки. И что в мире, где орут репродукторы и рушатся башни, построить маленький замок из песка для своей семьи — это не подвиг, а просто единственное, что имеет смысл.

Я не противопоставлял себя государству, дочь. Я просто построил своё. Своё маленькое государство внутри этого большого и злого. И в нём были свои законы: любить жену, кормить дочь и никогда не задавать вопросы тем, кто мне всё равно не ответит.

Когда мне предлагают помощь, мне становится не по себе. Как будто внутри включается счётчик, маленький такой метроном, и он тикает: должен, должен, должен.

Мне предлагают помощь, а я уже прикидываю, чем отдавать. Не деньгами, нет. Деньги — это слишком просто.

А что, если пройдет время и этот человек напомнит, что когда-то помог? И посмотрит на меня так, будто я ему теперь чем-то обязан.

Что он попросит? Когда? Насколько это будет невовремя?

Я сразу начинаю прокручивать сценарии. Мне не приходит в голову, что человеку правда не сложно. Что он просто хочет сделать добро.

Нет, думаю я, в долги ты меня не загонишь. Пойди отсюда, пиздюк, я буду мучаться сам.