Я листаю контакты в айфоне. Сотни людей, друзей, бывших коллег и случайных знакомых, которым я никогда уже не позвоню и которых не увижу. Проблема не в том, что они все умерли, а в том, что больше всего на свете мне нравится крутить зажигалку в руках и смотреть на стену.
Куда-то с ними идти означает, что надо встать с дивана, одеться во что-нибудь приличное и выйти из дома. Честно говоря, я не готов это делать чаще одного раза в месяц. Я уже истратил весь запас отмазок, вплоть до самых диких. Например, что у меня болят ступни.
И вот я с тоской протираю кроссовки, прикидывая, сколько бы я заплатил, если бы ко мне пришли и предложили справку о том, что мне нельзя приближаться к людям. Тысяч двести бы дал. Но никто не приходит и меня не спасает, и мне опять надо куда-то идти.
Куда-то с ними идти означает, что надо встать с дивана, одеться во что-нибудь приличное и выйти из дома. Честно говоря, я не готов это делать чаще одного раза в месяц. Я уже истратил весь запас отмазок, вплоть до самых диких. Например, что у меня болят ступни.
И вот я с тоской протираю кроссовки, прикидывая, сколько бы я заплатил, если бы ко мне пришли и предложили справку о том, что мне нельзя приближаться к людям. Тысяч двести бы дал. Но никто не приходит и меня не спасает, и мне опять надо куда-то идти.