Интересный кейс сегодня выдал Банк России, отозвав лицензию банка «Советский», который находился под санацией.
И как бы понятно, что в данном случае речь идет о банке со сложной судьбой: сначала санация в «Российском Капитале» (который теперь сам санируется под АСВ), затем в Татфондбанке (здесь просто отозвали лицензию). После того, как санатором стал сам ЦБ, такой исход стоило ожидать. Суть в ином: теперь санация никак не гарантирует сохранности средств вкладчиков (вспоминаем историю с банком «Точка», сотрудники которого гордо говорили, что они теперь под крылом государства, то есть волноваться клиентам не надо).
Из историй, которые потенциально могут закончится чем-то похожим, стоит вспоминать: «Российский капитал», у которого одни проблемы порождают другие [https://t.me/mislinemisli/2973; https://t.me/mislinemisli/3054]; Уралсиб, который держится на Владимире Когане, а спасать его вообще никто особо не хочет; Мособлбанк, где схематозы слишком очевидны [https://t.me/mislinemisli/3062].
То есть ЦБ руководствуется не только техническим характером нормативов, но и целесообразностью спасения (своим видением будущего и планами, да и лоббирование интересов не будет убирать со счетов). Поэтому сейчас регулятор так тщательно акцентирует внимание на том, что вкладчики не пострадают, им будут выплачено все в полном объеме, и даже требования вкладчиков второй очереди погасят полностью, хотя сроки пока неизвестны. При этом обязательства перед физическими лицами явно будут погашать за счет АСВ.
Теперь санация – это лишний повод для вкладчиков сразу завершить свои отношения с банком, забрав свои деньги. А вся эта ситуация лишний раз доказывает, что санация через АСВ, как и санация с помощью ФКБС – это неэффективный способ оздоровления: проще и дешевле сразу отозвать лицензию в большинстве случаев. ЦБ сначала сделал ошибку, допустив создание механизма АСВ, потом решил, что это слишком жирный кусок, чтобы дать его кому-то еще и сел в лужу с ФКБС и банками, которые «слишком большие, чтобы обанкротиться». Попутно уничтожил конкуренцию, доведя долю государства в секторе до неприличных значений, и теперь старательно закручивает гайки и заметает следы.
И как бы понятно, что в данном случае речь идет о банке со сложной судьбой: сначала санация в «Российском Капитале» (который теперь сам санируется под АСВ), затем в Татфондбанке (здесь просто отозвали лицензию). После того, как санатором стал сам ЦБ, такой исход стоило ожидать. Суть в ином: теперь санация никак не гарантирует сохранности средств вкладчиков (вспоминаем историю с банком «Точка», сотрудники которого гордо говорили, что они теперь под крылом государства, то есть волноваться клиентам не надо).
Из историй, которые потенциально могут закончится чем-то похожим, стоит вспоминать: «Российский капитал», у которого одни проблемы порождают другие [https://t.me/mislinemisli/2973; https://t.me/mislinemisli/3054]; Уралсиб, который держится на Владимире Когане, а спасать его вообще никто особо не хочет; Мособлбанк, где схематозы слишком очевидны [https://t.me/mislinemisli/3062].
То есть ЦБ руководствуется не только техническим характером нормативов, но и целесообразностью спасения (своим видением будущего и планами, да и лоббирование интересов не будет убирать со счетов). Поэтому сейчас регулятор так тщательно акцентирует внимание на том, что вкладчики не пострадают, им будут выплачено все в полном объеме, и даже требования вкладчиков второй очереди погасят полностью, хотя сроки пока неизвестны. При этом обязательства перед физическими лицами явно будут погашать за счет АСВ.
Теперь санация – это лишний повод для вкладчиков сразу завершить свои отношения с банком, забрав свои деньги. А вся эта ситуация лишний раз доказывает, что санация через АСВ, как и санация с помощью ФКБС – это неэффективный способ оздоровления: проще и дешевле сразу отозвать лицензию в большинстве случаев. ЦБ сначала сделал ошибку, допустив создание механизма АСВ, потом решил, что это слишком жирный кусок, чтобы дать его кому-то еще и сел в лужу с ФКБС и банками, которые «слишком большие, чтобы обанкротиться». Попутно уничтожил конкуренцию, доведя долю государства в секторе до неприличных значений, и теперь старательно закручивает гайки и заметает следы.