Научно-образовательная политика
Медведев 2.0 (2/2)
Платформы – партийное разнообразие
Достаточно интересные мысли высказал председатель ЕР по поводу платформ – в целом, он не считает это чем-то неправильным, но при этом настаивает: должны быть единые базовые установки.
Следовательно, Дмитрий Медведев негативно относится к перспективам разделения Единой России на две или несколько партий (либо фракций). Примечательно и то, что ни в вопросах, ни в рассуждениях Дмитрия Медведева вообще не возникло известной дилеммы: партия фракции или фракция партии. Судя по всему, решено этого вообще не касаться, что является одной из основ договоренностей Дмитрия Медведева и Андрея Турчака.
Однозначно негативным, по мнению председателя ЕР является ситуация избыточного плюрализма партий – тогда это все превращается в популизм «живопырок» (sic!) и анархию.
Выборы
Обратим особое внимание на слова о выборах – Дмитрий Медведев несколько раз дал понять, что выборы должны быть честными и прозрачными, без фальсификаций. Были озвучены «30-40%» – это «вполне солидная» поддержка. Однако, прозвучал и намек, что итоговые результаты могут быть повыше.
Четко понятно, что думские выборы не будут очередным «референдумом», провести их планируется (сравнительно) честно и открыто. Поэтому маловероятно, что Владимир Путин в итоге кинет свой рейтинг в поддержку Единой России.
С другой стороны, это явный вызов – причем не для самого Медведева или внутриполитического блока Кремля, но как раз для ЕР и Турчака. Смогут завоевать хорошие голоса – отлично, не смогут – будут делаться выводы.
Вообще в рассуждениях Дмитрия Медведева о выборах весьма неожиданным образом вырисовывается новая конструкция политической системы – сама архитектура внутренней политики однозначно становится менее зависимой от Единой России. Более того – уже заработали запущенные Сергеем Кириенко и Алексеем Комиссаровым управленческие лифты для формирования кадрового резерва с присущим ими приматом эффективности и этатизма, а также определенной нейтрализацией принадлежности к партиям или элитным группам в сторону более прагматичного государственничества.
Внешняя политика
Во внешнеполитической части интервью ни сюрпризов, ни каких-то новых концепций не прозвучало. Очевидно, что в этой сфере никаких перемен не планируется, есть монолитный «курс Путина», которого и далее будет придерживаться Россия – по крайней мере пока вновь на полную силу не заработает маховик Большого Трансфера.
Дмитрий Медведев при всем при этом использовал интересную языковую конструкцию: «Я не хочу сказать, что всегда во всем виновата одна сторона, что мы белые и пушистые, а они всегда грязные и плохие». Здесь – явно важный сигнал Западу: мы готовы говорить, но только не с позиции, где мы виноваты во всем и должны что-то кому-то доказывать.
Следуя логике Дмитрия Медведева, получается интересная кривая – после окончания Холодной войны наши «стратегические партнеры» «оборзели» (sic!) и сейчас позволяют себе то, что было немыслимо в биполярную эпоху. И потому Россия реагирует вполне адекватно – четко и последовательно отстаивая свои интересы. Если партнеры хотят нормализации отношений – нужно переходить к равноправной коммуникации, будь то многоголосица ООН либо диалог один на один с США.
Выводы
Медведев 2.0 – это уже совсем не чисто либеральный персонаж. Это либерал-государственник, причем с сильным этатистским уклоном.
У Дмитрия Медведева есть не только политические амбиции, но и четкое политическое предложение. Он не раз подчеркнул, что обладает уникальной комбинацией опыта – как лидер государства, партии и правительства, как реформатор и силовик. Комплексность опыта должна, по его задумке, повысить его консенсусно-компромиссный вес для всех ключевых политических сил и элитных групп.
Но при этом никакого демонтажа нынешней политической реальности Дмитрий Медведев не планирует – это не менее ясно прозвучало в его словах.
@
Медведев 2.0 (2/2)
Платформы – партийное разнообразие
Достаточно интересные мысли высказал председатель ЕР по поводу платформ – в целом, он не считает это чем-то неправильным, но при этом настаивает: должны быть единые базовые установки.
Следовательно, Дмитрий Медведев негативно относится к перспективам разделения Единой России на две или несколько партий (либо фракций). Примечательно и то, что ни в вопросах, ни в рассуждениях Дмитрия Медведева вообще не возникло известной дилеммы: партия фракции или фракция партии. Судя по всему, решено этого вообще не касаться, что является одной из основ договоренностей Дмитрия Медведева и Андрея Турчака.
Однозначно негативным, по мнению председателя ЕР является ситуация избыточного плюрализма партий – тогда это все превращается в популизм «живопырок» (sic!) и анархию.
Выборы
Обратим особое внимание на слова о выборах – Дмитрий Медведев несколько раз дал понять, что выборы должны быть честными и прозрачными, без фальсификаций. Были озвучены «30-40%» – это «вполне солидная» поддержка. Однако, прозвучал и намек, что итоговые результаты могут быть повыше.
Четко понятно, что думские выборы не будут очередным «референдумом», провести их планируется (сравнительно) честно и открыто. Поэтому маловероятно, что Владимир Путин в итоге кинет свой рейтинг в поддержку Единой России.
С другой стороны, это явный вызов – причем не для самого Медведева или внутриполитического блока Кремля, но как раз для ЕР и Турчака. Смогут завоевать хорошие голоса – отлично, не смогут – будут делаться выводы.
Вообще в рассуждениях Дмитрия Медведева о выборах весьма неожиданным образом вырисовывается новая конструкция политической системы – сама архитектура внутренней политики однозначно становится менее зависимой от Единой России. Более того – уже заработали запущенные Сергеем Кириенко и Алексеем Комиссаровым управленческие лифты для формирования кадрового резерва с присущим ими приматом эффективности и этатизма, а также определенной нейтрализацией принадлежности к партиям или элитным группам в сторону более прагматичного государственничества.
Внешняя политика
Во внешнеполитической части интервью ни сюрпризов, ни каких-то новых концепций не прозвучало. Очевидно, что в этой сфере никаких перемен не планируется, есть монолитный «курс Путина», которого и далее будет придерживаться Россия – по крайней мере пока вновь на полную силу не заработает маховик Большого Трансфера.
Дмитрий Медведев при всем при этом использовал интересную языковую конструкцию: «Я не хочу сказать, что всегда во всем виновата одна сторона, что мы белые и пушистые, а они всегда грязные и плохие». Здесь – явно важный сигнал Западу: мы готовы говорить, но только не с позиции, где мы виноваты во всем и должны что-то кому-то доказывать.
Следуя логике Дмитрия Медведева, получается интересная кривая – после окончания Холодной войны наши «стратегические партнеры» «оборзели» (sic!) и сейчас позволяют себе то, что было немыслимо в биполярную эпоху. И потому Россия реагирует вполне адекватно – четко и последовательно отстаивая свои интересы. Если партнеры хотят нормализации отношений – нужно переходить к равноправной коммуникации, будь то многоголосица ООН либо диалог один на один с США.
Выводы
Медведев 2.0 – это уже совсем не чисто либеральный персонаж. Это либерал-государственник, причем с сильным этатистским уклоном.
У Дмитрия Медведева есть не только политические амбиции, но и четкое политическое предложение. Он не раз подчеркнул, что обладает уникальной комбинацией опыта – как лидер государства, партии и правительства, как реформатор и силовик. Комплексность опыта должна, по его задумке, повысить его консенсусно-компромиссный вес для всех ключевых политических сил и элитных групп.
Но при этом никакого демонтажа нынешней политической реальности Дмитрий Медведев не планирует – это не менее ясно прозвучало в его словах.
@