Зачем мы показываем детям мультяшных животных?
На конференции я перелистала огромное количество детских игрушек и диагностических материалов. И меня злит, очень злит, что все что мы сегодня делаем для детей - мультяшное.
Наши дети итак редко видят животных. Кто-то вживую к школе видел только собаку и кошку! Но мы упорно продолжаем подсовывать им антропоморфных животных (которые похожи на людей, ходят на задних лапах, говорят и всегда добрые).
В чем тут проблема?
Перед ребенком лежит картинка собаки.
Но какая?
🐶 мультяшная собака с огромными глазами и улыбкой
📷 фотография настоящей собаки
🎨 реалистичный рисунок собаки
Кажется, что разницы нет. Собака и есть собака.
Но для маленького ребенка разница может быть довольно существенной.
Есть серия интересных исследований о том, как дети учатся по изображениям.
Например, в исследовании Ganea и коллеги показывали детям 15–18 месяцев изображения новых объектов: фотографии, реалистичные рисунки и более условные, мультяшные изображения.
А потом проверяли, может ли ребенок перенести то, что он выучил по картинке, на настоящий объект.
И здесь оказалось важное различие: чем больше изображение было похоже на реальный объект, тем легче маленьким детям было установить связь между картинкой и реальным миром.
Картинка — это не сам объект. Это символ объекта.
И чем более условным становится изображение, тем больше работы требуется от ребенка, чтобы понять: «А, вот это странное нарисованное существо — это на самом деле то же самое, что собака во дворе».
В другом исследовании детям читали книги о животных, в том числе с антропоморфными персонажами — животные разговаривали, ходили как люди, носили одежду и т.д.
И оказалось, что такая подача может влиять на то, какие представления дети формируют о настоящих животных.
И это логично.
Он получает целый набор знаний о том, что это животное собой представляет и как оно может себя вести.
Поэтому, прежде чем отправлять ребенка в виртуальный мир, покажите ему реальный!
Отменяем ли мы мультяшки? - нет.
Мультяшки отлично работают там, где нам нужна история, эмоция, игра, фантазия, персонаж.
Но если наша задача — познакомить ребенка с реальным миром или проверить, насколько он его знает, я бы начинала с реальных объектов и реалистичных изображений.
И особенно это важно в диагностике.
Если я хочу проверить, знает ли ребенок собаку, мне важно не проверить, узнает ли он конкретную стилизацию собаки.
Мне нужно понять, сформировалась ли у него категория «собака».
И вот способность узнать собаку во всем этом разнообразии — уже гораздо более интересная задача, чем узнать знакомую картинку.
Поэтому, когда мы создаем диагностический материал, вопрос «какая картинка красивее?» вообще не должен стоять первым.
Первый вопрос:
«Что именно мы хотим измерить этой картинкой?»
И уже потом решаем, будет ли это фотография, реалистичный рисунок или мультяшный персонаж.
Потому что картинка — это тоже часть теста.
И она вполне может влиять на результат.
Мы это вчера еще обсуждали с коллегами, и они мне рассказали, что есть дети с которыми невозможно провести диагностику с реалистичными изображениями. Поэтому приходится использовать мультяшки. И это уже даже немного пугает.
Литература:
Ganea, P. A., Pickard, M. B., & DeLoache, J. S. (2008). Transfer between picture books and the real world by very young children. Journal of Cognition and Development, 9(1), 46–66.
Ganea, P. A., Ma, L., & DeLoache, J. S. (2011). Young children's learning and transfer of biological information from picture books to real animals. Child Development, 82(5), 1421–1433.
Ganea, P. A., Canfield, C. F., Simons-Ghafari, K., & Chou, T. (2014). Do cavies talk? The effect of anthropomorphic picture books on children's knowledge about animals. Frontiers in Psychology, 5, 283.
Strouse, G. A., Nyhout, A., & Ganea, P. A. (2018). The role of book features in young children's transfer of information from picture books to real-world contexts. Frontiers in Psychology, 9, 50.
