[!] n0noh0mo ✶ [RGB]

выход на улицу сопровождается неловкостью, грустью, общей неуверенностью. кто-то смотрит? как в зеркало не посмотри — вроде не плохо, но тело не подходит ни под одну вещь. бывает становится стыдно за то, что стараюсь выглядеть хорошо.

иногда кажется, что в зеркале вижу угрозу. хочется завесить все окна плотной тканью, а зеркала полотенцами, и пока себя не видеть.

๛``🤩୨
Ижевск зелёный, с удивительно чистым воздухом, с подходящей волосам и коже водой из крана, с молочкой, взаправду имеющей вкус молока, и пекарнями.
;
мой пёс меня не признал. досадно, но не удивительно.
;
через день бывали в Ашане. я сводила Леру во вкусвилл.
;
всё было хорошо, и с тем вместе, что, наверное, в ряде случаев нормально, «дома» было дискомфортно. в прочем, там, в Ижевске, так было всегда: всегда всё в порядке, но всем всё равно плохо. когда-то это убедило меня в том, что искренне счастливыми люди не бывают, и за любым «хорошо» кроется гниение изнутри.
сейчас всё иначе, конечно. моё хорошо со мной теперь всегда. Лера говорит, поездка ей понравилась.

закрылась та кофеенка — хаски кофе. это место, вроде как, было чем-то значимым для меня. зато открылись кофейни tasty coffeе и я пила латте с можжевельником. а ведь живя в Удмуртии довольствоваться приходилось одним лишь их заводом.
никогда бы одна не решилась зайти в местный книжный магазинчик. но оказалось, это одно из самых приятных мест, что я посещала в Ижевске. впервые музыка в магазине передавала его атмосферу. именно такое место стоит называть книжной лавкой [кузебай].

...и вот однажды Киллиан, выдернутый жизнью из учебной тусовки и умело вставленный в рабочую среду, возвращается и подаёт документы вновь, взяв с собой Холя — почему-то в этот раз стало страшно ошибиться.

Помимо заново открытых воспоминаний старые фотографии навевают прошлые ощущения: заставляют вновь чесаться давно зажившие комариные укусы, расплывшиеся когда-то на детской тонкой коже ядовито-красными пятами. Щекочет нос строительная пыль, мокрыми досками пахнет недостроенный дом — забыли закрыть палеты плёнкой. Это было так давно: Киллиан совсем не помнит, что в тот день дорогу освещала вспышка камеры, а не фонари — фонарей ещё не было.

👀
👀– Что вы как неродные? Встаньте ближе! 

👀За окном медленно ползло вверх солнце, слепящим прямоугольником оно распласталось по стене в коридоре. Дома в Корпусах нагретые снаружи, но всё ещё холодные внутри вначале лета, за свои толстые стены не пропускают тепло и первый месяц приходится раздеваться, выходя на улицу, и одеваться, возвращаясь домой.
👀
👀– Лия, повернись к брату.
👀
👀Рыжая, давно не стриженная челка назло лезла в глаза, стоило чуть повернуть голову. Кофта, принесенная бабушкой невесть откуда, Лие не нравилась. Она не была ни чересчур тёплой, ни противно колючей, только слегка великовата, мол, на вырост, но сидела терпимо. Лия не привыкла к вниманию, которое мамина мама приравнивала к заботе, — что таковым и являлось маловероятно, — равно как и Киллиан, на котором была точно такая же кофта. Она звала ее маминой мамой, нежели бабушкой, ведь так казалось, что родство между ними не такое близкое.
👀Киллиан мнения о кофте не имел. Серая кофта — это смешная серая кофта с вышитыми на ней зверями саванны, то есть — простая серая кофта. Он косил глаза в сторону сестры, чтобы понять, что чувствовать, потому что привык опираться на её эмоции, ведь не понимал, что испытывает. А она была выше, смотрела куда-то в сторону и правильно считала, что он должен разобраться со своими ощущениями сам.