Российская заявка охватывает две методологии:

📍 Производство тепловой энергии из биомассы, биотоплива или природного газа,

📍 Маломасштабная генерации электроэнергии из ВИЭ для прямых поставок потребителю и/или в энергосистему.

Для российской отрасли климатических проектов это значимый этап: национальные стандарты приводятся в соответствие с международными ожиданиями.

Одновременно с этим, вероятно, у ИКАО возникнут вопросы к данным методологиям.

Во-первых, солнечная и ветровая генерация сталкивается с растущими требованиями к доказательству дополнительности, поскольку снижение их стоимости и широкое распространение усложняют обоснование климатического эффекта.

Во-вторых, переходные проекты на ископаемом топливе, включая газ, находятся под усиленным вниманием регуляторов и стандартов углеродного рынка из-за ограниченного соответствия долгосрочным целям декарбонизации.

Например, в рамках Core Carbon Principles подобные проекты сталкиваются с трудностями при оценке критериев качества.

В российской заявке пока не представлены природно-климатические проекты (ПКП) — такие как лесоразведение, устойчивое сельское хозяйство, обводнение торфяников, несмотря на уже разработанные ГОСТы.

Напомню, Россия располагает одним из крупнейших в мире потенциалов природного поглощения углерода, однако он по-прежнему слабо монетизирован.

Даже небольшие страны — Гайана, Уганда — уже поставляют на рынок миллионы кредитов и выстраивают устойчивые экспортные позиции.

Российская заявка указывает, что необходимая нормативная база для природных методологий пока находится на доработке. Если она будет утверждена, в дальнейшем ПКП смогут войти в заявку.

Что дальше

Оценка ИКАО — многоэтапный процесс. Технический консультативный орган (TAB) проверяет правила выпуска единиц, методологии, процедуры верификации и механизмы предотвращения двойного учёта, после чего готовит рекомендацию для Совета ИКАО.

Министр экономического развития Максим Решетников сообщил, что российская заявка находится на завершающей стадии рассмотрения. В августе должно стать известно, достаточна ли представленная документация для перехода к следующему этапу.

Ожидать безоговорочного одобрения стоит с осторожностью.

Даже крупнейшие международные стандарты — Verra и Gold Standard — проходили несколько раундов доработок прежде, чем получить положительную рекомендацию.

Вероятный сценарий по России — условное одобрение с требованиями по доработке отдельных элементов программы или направление на реаккредитацию.

В таком случае полное одобрение российской заявки стоит ожидать в 2027-2028 годах.

Дополнительный контекст создает позиция ЕС. Еврокомиссия оценивает, достаточно ли усилена CORSIA для целей Парижского соглашения, и рассматривает введение собственных углеродных выплат на международные рейсы, вылетающие из ЕС.

Это повышает общую требовательность к стандартам программы.

Последствия для российской авиации

В краткосрочной перспективе российские авиаперевозчики столкнутся с необходимостью покрывать как минимум 1–1,5 млн тонн CO₂-экв ежегодно.

В случае неопределённости по срокам аккредитации заявки и, как следствие, сложностей по своевременной генерации необходимого количества углеродных кредитов, вероятно частичное обращение к внешним углеродным рынкам.

Например, к разработчикам качественных климатических проектов в СНГ и ЕАЭС. В частности, @natureclimate сотрудничает с девелоперами масштабного проекта по лесоразведению в Казахстане, которых заинтересовали возможности цифровой платформы Центра по оценке ПКП.

Данный проект направлен на восстановление деградированных земель в рамках одобренной CORSIA программы и с высокой вероятностью приведёт к выпуску углеродных кредитов в ближайшие два года