Единственный текст Христа никто не сохранил.
Что писал Божий перст на скрижалях Синайской горы, известно довольно подробно. Что он вывел на стене Валтасарова дворца, было расшифровано той же ночью: мене, текел, фарес.
Третий раз Божий перст писал на песке у иерусалимского храма, утром, во время суда фарисеев над грешницей, и над самой надписью всё это время стояли книжники, самые искушённые читатели города. Ни один не передал из неё ни слова, хотя, по-видимому, они-то их точно прочли.
Что там было, гадают уже двадцать веков. Грехи обвинителей, их имена, стихи Писания. Поэт Кристиан Уайман предлагает больше не гадать. Сцена из Евангелия устроена так, что молчание обвинителей в ней и есть самое главное. А стёртые почти сразу надписи Христа, сохранились дольше любых книг, хотя мы и не знаем, что там было написано.
Читать на сайте
Нить
Что писал Божий перст на скрижалях Синайской горы, известно довольно подробно. Что он вывел на стене Валтасарова дворца, было расшифровано той же ночью: мене, текел, фарес.
Третий раз Божий перст писал на песке у иерусалимского храма, утром, во время суда фарисеев над грешницей, и над самой надписью всё это время стояли книжники, самые искушённые читатели города. Ни один не передал из неё ни слова, хотя, по-видимому, они-то их точно прочли.
Что там было, гадают уже двадцать веков. Грехи обвинителей, их имена, стихи Писания. Поэт Кристиан Уайман предлагает больше не гадать. Сцена из Евангелия устроена так, что молчание обвинителей в ней и есть самое главное. А стёртые почти сразу надписи Христа, сохранились дольше любых книг, хотя мы и не знаем, что там было написано.
Читать на сайте
Нить