Юань быстро наращивает роль валюты международных расчётов. По данным SWIFT, его доля в глобальной торговле выросла с менее чем 2% в 2020 году до более 8% к началу 2025-го. Это отражает структурную дедолларизацию, хотя доллар по-прежнему обслуживает около 40% мировых сделок.

Ключевой перелом произошёл после 2022 года, когда США фактически «вооружили» доллар — отключение России от SWIFT и заморозка резервов стали сигналом для центробанков. С тех пор доля юаня стабильно растёт на 1–2 п.п. в год. Речь не о замене доллара, а о постепенном отъёме маржинальной доли.

Параллельно снижается и роль доллара в резервах: по данным Международный валютный фонд, его доля упала с ~71% в 1999 году до менее 59% к концу 2023-го, причём спад ускорился после 2022 года. Страны БРИКС сокращают вложения в казначейские бумаги США и переходят на расчёты в нацвалютах.

Китай активно продвигает юань через двусторонние соглашения с Россией, Ираном, Бразилией и Саудовской Аравией, альтернативные платёжные системы (CIPS) и контракты в юанях на сырьё. Даже без вытеснения доллара дальнейший рост доли юаня снижает спрос на доллар и американский долг — тренд, который уже запущен и усиливается на фоне фискальных рисков США.