Репост из: Елена Панина
Смогут ли Россия и Китай помирить Афганистан и Пакистан?
Между Афганистаном и Пакистаном обостряются отношения, что грозит возникновением полномасштабного межгосударственного конфликта со всеми вытекающими отсюда последствиями.
Сначала афганская сторона организовала в приграничной зоне в пакистанском районе Северный Вазиристан удар по пакистанским военным. Погибли семь солдат. Исламабад ответил авиаударами по территории афганских провинций Хост и Кунар.
Казалось бы, Пакистан, выступавший одним из главных бенефициаров прихода к власти в Афганистане режима талибов* в Афганистане должен был иметь с Кабулом иные отношения. Однако проблемы между странами остались. Главная причина в том, что модель «хорошего соседства» между Исламабадом и Кабулом существует лишь на бумаге. Два государства имеют собственные геополитические проекты и варианты политические обустройства.
Пакистан, имея лояльное для себя правительство в Афганистане, стремится избежать антипакистанского проиндийского вектора Кабула, который наблюдался в период правительств Хамида Карзая и Ашрафа Гани. Геоэкономические интересы Пакистана – через трансафганские маршруты получить транспортные коридоры со Средней Азией.
«Талибан» вынашивает проект создания «Великого Пуштунистана», охватывающего территории двух государств, и стремится реализовать собственную версию исламского государства. Поэтому он не признает границу по линии Дюранда, разделяющей две стран с 1893 года, в качестве государственной.
До определенного момента функции посредника в этом историческом споре выполняли США и страны НАТО, задействованные в Афганистане. Но после вывода войск коалиции из этой страны проблемы в отношениях между Кабулом и Исламабадом были актуализированы и становятся инструментарием для определенных внешних сил в реализации своих геополитических задач.
Есть два варианта выхода из сложившейся ситуации. Первый: укрепление между Кабулом и Исламабадом двусторонних экономических и политических связей, способных играть своего рода роль гаранта от жесткой конфронтации. Второй: эффективное международное посредничество, в котором вероятными претендентами являются Пекин и Москва. Шансы на региональное посредничество России и Китая представляются достаточно высокими.
Нынешняя ситуация, сложившаяся в пакистано-афганских отношениях, указывает на то, что есть возможности и есть вызовы. Многое зависит от расстановки политических сил внутри Афганистана и Пакистана, их готовности вместе смотреть в общее будущее, искать компромиссные решения. Или же они продолжат биться по разные стороны линии Дюранда, вовлекаясь в глобальную геополитическую борьбу.
Пока Пакистан продолжает строительство ограждений, разделяющих две страны, с целью прекращения атак на свою территорию. Но в одностороннем порядке решить проблему границы не получится.
*движение запрещено в России
Между Афганистаном и Пакистаном обостряются отношения, что грозит возникновением полномасштабного межгосударственного конфликта со всеми вытекающими отсюда последствиями.
Сначала афганская сторона организовала в приграничной зоне в пакистанском районе Северный Вазиристан удар по пакистанским военным. Погибли семь солдат. Исламабад ответил авиаударами по территории афганских провинций Хост и Кунар.
Казалось бы, Пакистан, выступавший одним из главных бенефициаров прихода к власти в Афганистане режима талибов* в Афганистане должен был иметь с Кабулом иные отношения. Однако проблемы между странами остались. Главная причина в том, что модель «хорошего соседства» между Исламабадом и Кабулом существует лишь на бумаге. Два государства имеют собственные геополитические проекты и варианты политические обустройства.
Пакистан, имея лояльное для себя правительство в Афганистане, стремится избежать антипакистанского проиндийского вектора Кабула, который наблюдался в период правительств Хамида Карзая и Ашрафа Гани. Геоэкономические интересы Пакистана – через трансафганские маршруты получить транспортные коридоры со Средней Азией.
«Талибан» вынашивает проект создания «Великого Пуштунистана», охватывающего территории двух государств, и стремится реализовать собственную версию исламского государства. Поэтому он не признает границу по линии Дюранда, разделяющей две стран с 1893 года, в качестве государственной.
До определенного момента функции посредника в этом историческом споре выполняли США и страны НАТО, задействованные в Афганистане. Но после вывода войск коалиции из этой страны проблемы в отношениях между Кабулом и Исламабадом были актуализированы и становятся инструментарием для определенных внешних сил в реализации своих геополитических задач.
Есть два варианта выхода из сложившейся ситуации. Первый: укрепление между Кабулом и Исламабадом двусторонних экономических и политических связей, способных играть своего рода роль гаранта от жесткой конфронтации. Второй: эффективное международное посредничество, в котором вероятными претендентами являются Пекин и Москва. Шансы на региональное посредничество России и Китая представляются достаточно высокими.
Нынешняя ситуация, сложившаяся в пакистано-афганских отношениях, указывает на то, что есть возможности и есть вызовы. Многое зависит от расстановки политических сил внутри Афганистана и Пакистана, их готовности вместе смотреть в общее будущее, искать компромиссные решения. Или же они продолжат биться по разные стороны линии Дюранда, вовлекаясь в глобальную геополитическую борьбу.
Пока Пакистан продолжает строительство ограждений, разделяющих две страны, с целью прекращения атак на свою территорию. Но в одностороннем порядке решить проблему границы не получится.
*движение запрещено в России