Репост из: Елена Панина
Варшава готова назло «русской бабушке» отморозить «польские уши»
В условиях энергетического кризиса, который переживает сейчас Европа, свои собственные решения пытается найти Варшава. Польша накопила газовые запасы, которых хватит ей на месяц. Много это или мало? Как поглядеть. Потребление газа в стране составляет около 20 млрд куб м в год. Проблема в том, что поставки должны быть гарантированными, так как газ непросто хранить.
Но даже в такой сложной ситуации Варшава идет на решения, в которых экономический смысл уступает место политическим и идеологическим догмам. Так, президент Польши Анджей Дуда на днях посетил с визитом Доху, чтобы договориться о потенциальном расширении поставок катарского СПГ, ценах и выравнивании торгового баланса. Существующие контракты предусматривают, что Катар ежегодно отправляет в Польшу 2 млн тонн СПГ, что составляет после регазификации 2,7 млрд куб м газа. Варшава намекает, что готова брать больше, однако это дорого ей обойдется.
На сегодня общий объем торговли между Польшей и Катаром составляет 630 миллионов долларов, из которых на долю Дохи приходится 500 миллионов. Варшава хотела бы уменьшить диспропорцию, продвигая в Катаре продукцию своего агропромышленного комплекса. Однако сомнительно, что Доху это заинтересует, монархия и так обеспечивает себя всем необходимым. Так что разрыв в торговом балансе между Польшей и Катаром может только увеличиться.
Почему же тогда Варшава делает ставку на расширение поставок СПГ, включая катарский газ, вместо того, чтобы перезаключить долгосрочный контракт с Россией, истекающий в конце 2022 года? Польские власти заявляют, что больше не хотят «зависеть» от Москвы. Это вызывает вопросы. Германия покупает гораздо больше российского газа, чем Польша, но вряд ли кто-то решится сказать, что Берлин по этой причине «зависит» от России.
Похоже, что Варшава просто не просчитала ситуацию. Она рассчитывала, что американский газ затопит Европу, вытеснив российский. В этом случае ставка Польши на строительство новых и расширение действующих терминалов по приему СПГ могла бы сработать. Но администрация президента США Джо Байдена приняла иное решение. А нынешний энергетический кризис показал стратегическую важность трубопроводов, по которым газ из России идет в Европу.
Это хорошо понимают в Германии, где, как отмечают немецкие эксперты, газ останется ключевым энергоносителем для промышленности и значительно увеличит долю в национальной электроэнергетике. Поэтому Берлин активно работает с Москвой по части долгосрочных контрактов на поставки газа во время перехода к «зеленой экономики».
Что касается Польши, то она в итоге может оказаться в ситуации, когда ей поставщики выставят неподъемные счета за СПГ, а свободного российского газа, более дешевого, на европейском рынке просто не окажется. Но Варшава действует по принципу, когда готова назло «русской бабушке» отморозить «польские уши».
Директор Института РУССТРАТ Елена Панина, специально для News Front
В условиях энергетического кризиса, который переживает сейчас Европа, свои собственные решения пытается найти Варшава. Польша накопила газовые запасы, которых хватит ей на месяц. Много это или мало? Как поглядеть. Потребление газа в стране составляет около 20 млрд куб м в год. Проблема в том, что поставки должны быть гарантированными, так как газ непросто хранить.
Но даже в такой сложной ситуации Варшава идет на решения, в которых экономический смысл уступает место политическим и идеологическим догмам. Так, президент Польши Анджей Дуда на днях посетил с визитом Доху, чтобы договориться о потенциальном расширении поставок катарского СПГ, ценах и выравнивании торгового баланса. Существующие контракты предусматривают, что Катар ежегодно отправляет в Польшу 2 млн тонн СПГ, что составляет после регазификации 2,7 млрд куб м газа. Варшава намекает, что готова брать больше, однако это дорого ей обойдется.
На сегодня общий объем торговли между Польшей и Катаром составляет 630 миллионов долларов, из которых на долю Дохи приходится 500 миллионов. Варшава хотела бы уменьшить диспропорцию, продвигая в Катаре продукцию своего агропромышленного комплекса. Однако сомнительно, что Доху это заинтересует, монархия и так обеспечивает себя всем необходимым. Так что разрыв в торговом балансе между Польшей и Катаром может только увеличиться.
Почему же тогда Варшава делает ставку на расширение поставок СПГ, включая катарский газ, вместо того, чтобы перезаключить долгосрочный контракт с Россией, истекающий в конце 2022 года? Польские власти заявляют, что больше не хотят «зависеть» от Москвы. Это вызывает вопросы. Германия покупает гораздо больше российского газа, чем Польша, но вряд ли кто-то решится сказать, что Берлин по этой причине «зависит» от России.
Похоже, что Варшава просто не просчитала ситуацию. Она рассчитывала, что американский газ затопит Европу, вытеснив российский. В этом случае ставка Польши на строительство новых и расширение действующих терминалов по приему СПГ могла бы сработать. Но администрация президента США Джо Байдена приняла иное решение. А нынешний энергетический кризис показал стратегическую важность трубопроводов, по которым газ из России идет в Европу.
Это хорошо понимают в Германии, где, как отмечают немецкие эксперты, газ останется ключевым энергоносителем для промышленности и значительно увеличит долю в национальной электроэнергетике. Поэтому Берлин активно работает с Москвой по части долгосрочных контрактов на поставки газа во время перехода к «зеленой экономики».
Что касается Польши, то она в итоге может оказаться в ситуации, когда ей поставщики выставят неподъемные счета за СПГ, а свободного российского газа, более дешевого, на европейском рынке просто не окажется. Но Варшава действует по принципу, когда готова назло «русской бабушке» отморозить «польские уши».
Директор Института РУССТРАТ Елена Панина, специально для News Front