Репост из: Россия не Европа
Воссоединение России с бывшими республиками СССР даст громадный синергетический эффект, вследствие чего вопрос «кто кого кормит» стоять не будет. Но нужны новые принципы «федерации-конфедерации» (не такие как в СССР)
Благодарим «Большой трансфер 2024» за комментарий на нашу запись. Действительно, мы считаем, что национальный интерес России состоит в восстановлении исторической России, так как оно обеспечило бы наш естественный географический пояс безопасности. Коллеги, критикуя нас, не предложили своего варианта решения этой задачи в отличие от каналов «Русский Демиург» и «РУССТРАТ», которые видят решение этой проблемы в установлении отношений «метрополия-колония», совершенно уклоняясь от раскрытия того, что эти отношения должны представлять собой на практике (мы ответим позже).
В принципе, наш спор был с убедительностью разрешён каналом Национальный курс, который, комментируя нашу дискуссию, заявил о своем «стратегическом» несогласии с позицией «Большого Трансфера – 2024»: «Когда речь идёт о геополитике и национальных интересах, то всё остальное, включая экономику, уходит на второй план». (Правда, мы не поняли, в чём «тактическое» несогласие с нами).
Рассмотрим под критическим углом зрения те четыре причины, которые коллеги из «Большого трансфера 2024» выдвинули как обоснование вредоносности для России присоединения к неё её бывших республик:
1. Экономическая причина. Тезис, что уровень жизни в Азербайджане, Армении и Белоруссии ниже, чем в России — не бесспорный. Особенно в отношении Азербайджана, который капитально «сидит» на экспорте углеводородов и преуспевает от этого, похоже, даже больше России. Оценка среднего уровня жизни по среднему показателю есть плутовство власти. Мы уверены, что если расчёт сделать по сопоставимым группам населения в регионах, то никакого существенного отрыва России не выявится. Есть опасение, что если замерить долю бедноты ко всему населению, то обнаружится, что ситуация в России хуже, чем даже Армении (25 млн россиян находятся ниже черты бедности только официально!).
Утверждение «их надо будет кормить» неверно в принципе, даже если не иметь в виду геополитические интересы России.
В СССР экономика была построена как единый производственный комплекс, его развал до сих пор сказывается на нашем реальном секторе экономики. Воссоединение — это синергия!
2. Политическая причина. Компании, не работающие в Крыму — это компании, ориентированные на внешний рынок. Компаниям, ориентированным на внутренний рынок, санкции не страшны. Крым – это не обуза для России: есть газ на шельфе, есть производство в Севастополе, есть потенциал для развития туризма.
3. Вопрос целесообразности. С иностранным влиянием придётся бороться не только в Азербайджане или Белоруссии, но, скажем, в Калининграде. Ситуация аналогичная. Может, его немцам вернуть? Пропаганда-то «Восточной Пруссии» идёт потихоньку? Неужто будет целесообразней, если НАТО подомнёт Белоруссию и Азербайджан, а потом разместит там ракеты «против Ирана»? Карибский кризис возник в итоге из-за размещения американских ракет в Турции. Только тогда мы могли свои ракеты на Кубу отправить. Или для нас сегодня уже не важно, что Натовские базы могут появиться у границ РФ? Да, в случае присоединения, они всё равно будут у границ государства, но в Турции и Польше, а не в Белоруссии, Азербайджане и на Украине. Это не одно и то же.
4. Электоральный вопрос. Он связан не с присоединением/неприсоединением, а с решением Россией её внутренних проблем. Иначе не только присоединённый, но и российский избиратель будет нелояльным власти. Надо срочно сделать очевидные шаги, не меняющие в принципе существующий общественно-экономический строй, чтобы в самой России преодолеть глухое недоверие народа к власти, которое неуклонно нарастает, о чём мы писали ранее. Без таких шагов защита национальных интересов России в бывших республиках СССР крайне затруднена.
Благодарим «Большой трансфер 2024» за комментарий на нашу запись. Действительно, мы считаем, что национальный интерес России состоит в восстановлении исторической России, так как оно обеспечило бы наш естественный географический пояс безопасности. Коллеги, критикуя нас, не предложили своего варианта решения этой задачи в отличие от каналов «Русский Демиург» и «РУССТРАТ», которые видят решение этой проблемы в установлении отношений «метрополия-колония», совершенно уклоняясь от раскрытия того, что эти отношения должны представлять собой на практике (мы ответим позже).
В принципе, наш спор был с убедительностью разрешён каналом Национальный курс, который, комментируя нашу дискуссию, заявил о своем «стратегическом» несогласии с позицией «Большого Трансфера – 2024»: «Когда речь идёт о геополитике и национальных интересах, то всё остальное, включая экономику, уходит на второй план». (Правда, мы не поняли, в чём «тактическое» несогласие с нами).
Рассмотрим под критическим углом зрения те четыре причины, которые коллеги из «Большого трансфера 2024» выдвинули как обоснование вредоносности для России присоединения к неё её бывших республик:
1. Экономическая причина. Тезис, что уровень жизни в Азербайджане, Армении и Белоруссии ниже, чем в России — не бесспорный. Особенно в отношении Азербайджана, который капитально «сидит» на экспорте углеводородов и преуспевает от этого, похоже, даже больше России. Оценка среднего уровня жизни по среднему показателю есть плутовство власти. Мы уверены, что если расчёт сделать по сопоставимым группам населения в регионах, то никакого существенного отрыва России не выявится. Есть опасение, что если замерить долю бедноты ко всему населению, то обнаружится, что ситуация в России хуже, чем даже Армении (25 млн россиян находятся ниже черты бедности только официально!).
Утверждение «их надо будет кормить» неверно в принципе, даже если не иметь в виду геополитические интересы России.
В СССР экономика была построена как единый производственный комплекс, его развал до сих пор сказывается на нашем реальном секторе экономики. Воссоединение — это синергия!
2. Политическая причина. Компании, не работающие в Крыму — это компании, ориентированные на внешний рынок. Компаниям, ориентированным на внутренний рынок, санкции не страшны. Крым – это не обуза для России: есть газ на шельфе, есть производство в Севастополе, есть потенциал для развития туризма.
3. Вопрос целесообразности. С иностранным влиянием придётся бороться не только в Азербайджане или Белоруссии, но, скажем, в Калининграде. Ситуация аналогичная. Может, его немцам вернуть? Пропаганда-то «Восточной Пруссии» идёт потихоньку? Неужто будет целесообразней, если НАТО подомнёт Белоруссию и Азербайджан, а потом разместит там ракеты «против Ирана»? Карибский кризис возник в итоге из-за размещения американских ракет в Турции. Только тогда мы могли свои ракеты на Кубу отправить. Или для нас сегодня уже не важно, что Натовские базы могут появиться у границ РФ? Да, в случае присоединения, они всё равно будут у границ государства, но в Турции и Польше, а не в Белоруссии, Азербайджане и на Украине. Это не одно и то же.
4. Электоральный вопрос. Он связан не с присоединением/неприсоединением, а с решением Россией её внутренних проблем. Иначе не только присоединённый, но и российский избиратель будет нелояльным власти. Надо срочно сделать очевидные шаги, не меняющие в принципе существующий общественно-экономический строй, чтобы в самой России преодолеть глухое недоверие народа к власти, которое неуклонно нарастает, о чём мы писали ранее. Без таких шагов защита национальных интересов России в бывших республиках СССР крайне затруднена.