Спасем Охтинский мыс

22 августа снова ждём всех на Охтинском мысу. Как всегда по субботам, собираемся на мемориале "Ниеншанц", площадка с пушками рядом с Большеохтинским мостом. Начало в час дня.

Если бы мы лучше знали свою историю, в эти августовские дни мы могли бы отмечать день рождения нашего города.

21 августа 1521 г. — время первого документированного упоминания русского торгового порта Ниена, восприявшего опыт древних поселений на «Кулзеевском мысу» (цит. по А. Шарымову).

У многих старинных русских городов неизвестна дата основания. Их история уходит вглубь веков, а "днём рождения" считают первое упоминание в хрониках, от него и ведут отсчёт возраста поселения. Петербургу в этом смысле не повезло. Переименование и перестройка, устроенные Петром Первым отсекли у нашего города существенную часть его истории. А ведь без значительной материальной базы, сложившейся во времена Ниена, никогда бы не удалось так быстро создать новую российскую столицу. Пётр строил отнюдь не на пустых берегах. От Ниена Петербургу досталось то, что мы сегодня называем инфраструктурой: дороги, возделанные земли, множество строительных материалов, включая кирпичные заводы, лесопилки и первые верфи Петербурга. Причём вместе с мастерами. Ведь многие жители вернулись на обжитые места уже летом 1703 г. А ещё были аптекарские огороды, шведские мызы, разбитые по европейскому образцу парки, один из которых лёг в основу Летнего сада.

А что же случилось в 1521 году, за 90 лет до основания крепости Ниеншанц. 21 августа датировано официальное письмо выборгского губернатора Ролофа Матсона шведско-датскому королю Кристиану II.
В донесении он сообщает о том, что в Неву зашли морские разбойники, которые разграбили и сожгли находившиеся в порту купеческие ладьи и насады, а также напали на «русский торговый город, называемый Ниэном» (в русских источниках поселение тогда именовалось Невским устьем или Невским городком).
Далее Ролоф Матсон упоминает жёсткое требование посла Великого князя Московского (Василия III Иванович) — немедленно вернуть русским всю их законную собственность, захваченную пиратами и отобранную у пиратов выборгскими людьми. Однако тут же поясняет, что имущество было отбито в ходе боя, во время которого пролилась кровь шведских солдат, поэтому по праву войны трофеи принадлежат победителям и возврату не подлежат.
Из текста документа понятно, что в 1521 году это место уже было крупным и известным международным торговым центром, куда съезжались русские и шведские купцы для закупки припасов. Московским княжеством правил Василий, до северных земель ему особого дела не было, это при Иване Грозном Приневье запустеет от опричного правежа. А пока поселение Ниэн или, по-русски, Невское устье росло и богатело.

С днём рождения, Невский город!

В субботу, несмотря на занудный дождик, на мысу собрались представители сразу трёх градозащитных движений: защитники дома и квартиры М.Ю. Лермонтова, морского побережья Санкт-Петербурга и, конечно, любители истории Охтинского мыса. Разговор активистов временами напоминал консилиум, когда обсуждаются различные симптомы, возможные методы воздействия, но при этом все участники помнят, что больной у нас один и в целом проблема тоже одна на всех. Петербург тяжело болен, болезнь его называется: жадность и равнодушие чиновников.
Отсюда множество точек пересечения. Казалось бы, что общего у защиты побережья залива и археологических памятников? За тем и другим стоит Газпром. В обоих случаях речь идёт об уничтожении исторической памяти, о чём напоминают карикатуры противников намыва с Миллером и гневным Петром I: "Потомки, а где наше море?!"

А с домом Лермонтова? Где архитектура центра Петербурга, а где археология? Но любому обычному человеку понятна значимость подлинных стен квартиры, где жил поэт, лестницы, по которой он ходил. Любому, но не нашим чиновникам. Как и в случае с Охтинским мысом, по поводу которого неоднократно заявлялось, что выкопанные рвы и валы крепостей не имеют ценности, а музей будет создан на основе отдельных выкопанных археологами предметов. На основании подобных установок и были подписаны документы, позволившие застройщику рыть котлован прямо на месте обнаруженных здесь средневековых укреплений. Дом на Садовой тоже неоднократно оказывался на грани сноса, а историческую квартиру хозяева здания предлагали... отстроить заново в новом доме. На первом этаже, в целях повышения доступности будущего музея для маломобильных граждан!

Каждый раз, сталкиваясь с очередным нарушением закона в отношении культурного наследия Петербурга, мы видим, как жадность обладателя прав на конкретный объект поддерживается равнодушием представителей Комитетов Смольного. Эти господа готовы подписать любое разрешение, согласовать любой снос или стройку, лишь бы это обещало выгоду. Кому выгодно? Точно, что не простым горожанам.
Мы болеем вместе с любимым городом. За каждый потерянный или изуродованный парк, за изгаженные пляжи, за архитектурные, исторические и культурные памятники. За весь, некогда блистательный, Санкт-Петербург.

Больше фотографий со встречи в альбоме https://vk.ru/album-200931602_311557331