Мало половин?
Кремлевский безБашеннник устами Дмитрия Дризе инициировал дискуссию о партийном измерении политической системы России.
Здесь мы придерживаемся позиции – «то, что мертво, умереть не может».
Путинская Россия – это страна полутора-партийной системы. Основные усилия внутриполитического блока Кремля долгие годы были направлены не на «единицу», которая остается более-менее стабильной минувшие 20 лет, а скорее на «половинку».
Балансирование происходит между двумя способами округления – либо трансформация в двухпартийную систему (а по сути – это платформизация Единой России и интеграция Общероссийского народного фронта), либо «обнуление» – размытие партийного поля для формального расширения спектра мнений.
В этом смысле партийная система вообще никогда не была живой – доминирование одной из партий (при всей ее аморфности) всегда означает глубокое сращивание как с администраторами Кремля, так и с исполнительной властью.
Если копнуть глубоко, выяснится – поправки в Конституцию об увеличении полномочий Парламента в части формирования Правительства – это институционализация не столько новой системы сдержек и противовесов, сколько «политического спектакля», когда формируется еще один инструмент влияния на министров.
А вот они уже – являются ставленниками различных элитных групп. При этом нужно четко помнить – разделение политики и экономики является основополагающим элементом видения политики Владимиром Путиным. Бизнесменам заказан прямой путь к любой из ветвей власти. Зато он открыт для их протеже. А регулярные «разносы» федеральных министров в Госдуме или Совфеде являются средством поддержания баланса внутри Системы. В том числе, самостоятельно и независимо от воли участников зарождающегося и реализующегося.
Заметим, что с приходом к рулю внутренней политики Сергея Кириенко произошел фундаментальный сдвиг во внутриполитическом проектировании – от ручного управления и балансирования совершается переход к установлению правил игры и контроля за ними.
В этом смысле все трансформации партийной системы фактически все так же будут вращаться вокруг идеи о сохранении «половин». Трехпартийная система вряд ли жизнеспособна, двухпартийная – по сути не изменит ничего, остается только держать равновесие «серединки на половинку».
Трансформация системы политических партий страны – это попытка обновить набор «гирек», которыми будет каждый раз «устанавливаться» необходимое положение стрелки партийно-политических весов.
Сейчас во внутренней политики также идет мировоззренческий сдвиг от персоно-ориентированности к «проектам». Учитывая «зрелищность» (в марксистском и постмодернистском значении слова), этот процесс крайне схож с поп-культурой, где эпоха «величин» также сменилась «сонмом проектов».
И точно так же, как можно раскрутить абсолютно любого человека (тексты песен и музыку, конечно, пишут профессионалы, и клипы снимают они же), можно создать любой проект с произвольной повесткой. Благо, что внутриполитический блок способен генерировать широкий набор «текстов, нот и сценариев».
В этом смысле «парламентская оппозиция» уже давно перешла из разряда субъектов политического процесса в позицию «проектов». По сути – в крылья Единой России. А значит, от них можно достаточно легко отказаться и запустить новые. Грубо говоря, все держится исключительно на остаточной хватке Зюганова и Жириновского. Стоит им чуть разжать зубы – а возраст и здоровье уже подводят их – как сразу же возникнут КПРФ 2.0 и ЛДПР 2.0 или некий синтетический вариант.
Разговор о партиях – это дискуссия об элементах системы, условно говоря, их размере, весе и окрасе. Однако, партийный ландшафт – это одна из структур системы, которая имеет определенный функционал. Менять архитектуру власти никто не намерен, а перераспределение «гирек» не обладает серьезным трансформационным потенциалом.
https://t.me/kremlebezBashennik/13913
Кремлевский безБашеннник устами Дмитрия Дризе инициировал дискуссию о партийном измерении политической системы России.
Здесь мы придерживаемся позиции – «то, что мертво, умереть не может».
Путинская Россия – это страна полутора-партийной системы. Основные усилия внутриполитического блока Кремля долгие годы были направлены не на «единицу», которая остается более-менее стабильной минувшие 20 лет, а скорее на «половинку».
Балансирование происходит между двумя способами округления – либо трансформация в двухпартийную систему (а по сути – это платформизация Единой России и интеграция Общероссийского народного фронта), либо «обнуление» – размытие партийного поля для формального расширения спектра мнений.
В этом смысле партийная система вообще никогда не была живой – доминирование одной из партий (при всей ее аморфности) всегда означает глубокое сращивание как с администраторами Кремля, так и с исполнительной властью.
Если копнуть глубоко, выяснится – поправки в Конституцию об увеличении полномочий Парламента в части формирования Правительства – это институционализация не столько новой системы сдержек и противовесов, сколько «политического спектакля», когда формируется еще один инструмент влияния на министров.
А вот они уже – являются ставленниками различных элитных групп. При этом нужно четко помнить – разделение политики и экономики является основополагающим элементом видения политики Владимиром Путиным. Бизнесменам заказан прямой путь к любой из ветвей власти. Зато он открыт для их протеже. А регулярные «разносы» федеральных министров в Госдуме или Совфеде являются средством поддержания баланса внутри Системы. В том числе, самостоятельно и независимо от воли участников зарождающегося и реализующегося.
Заметим, что с приходом к рулю внутренней политики Сергея Кириенко произошел фундаментальный сдвиг во внутриполитическом проектировании – от ручного управления и балансирования совершается переход к установлению правил игры и контроля за ними.
В этом смысле все трансформации партийной системы фактически все так же будут вращаться вокруг идеи о сохранении «половин». Трехпартийная система вряд ли жизнеспособна, двухпартийная – по сути не изменит ничего, остается только держать равновесие «серединки на половинку».
Трансформация системы политических партий страны – это попытка обновить набор «гирек», которыми будет каждый раз «устанавливаться» необходимое положение стрелки партийно-политических весов.
Сейчас во внутренней политики также идет мировоззренческий сдвиг от персоно-ориентированности к «проектам». Учитывая «зрелищность» (в марксистском и постмодернистском значении слова), этот процесс крайне схож с поп-культурой, где эпоха «величин» также сменилась «сонмом проектов».
И точно так же, как можно раскрутить абсолютно любого человека (тексты песен и музыку, конечно, пишут профессионалы, и клипы снимают они же), можно создать любой проект с произвольной повесткой. Благо, что внутриполитический блок способен генерировать широкий набор «текстов, нот и сценариев».
В этом смысле «парламентская оппозиция» уже давно перешла из разряда субъектов политического процесса в позицию «проектов». По сути – в крылья Единой России. А значит, от них можно достаточно легко отказаться и запустить новые. Грубо говоря, все держится исключительно на остаточной хватке Зюганова и Жириновского. Стоит им чуть разжать зубы – а возраст и здоровье уже подводят их – как сразу же возникнут КПРФ 2.0 и ЛДПР 2.0 или некий синтетический вариант.
Разговор о партиях – это дискуссия об элементах системы, условно говоря, их размере, весе и окрасе. Однако, партийный ландшафт – это одна из структур системы, которая имеет определенный функционал. Менять архитектуру власти никто не намерен, а перераспределение «гирек» не обладает серьезным трансформационным потенциалом.
https://t.me/kremlebezBashennik/13913