Репост из: НЕЗЫГАРЬ
Анастасия Кашеварова поднимает тему коррупции и мошенничества, сложившейся вокруг военных контрактов на СВО. Это огромные деньги- примерно 300-400 миллиардов рублей в год.
«Чёрные рекрутеры» — это системная коррупционно-криминальная сеть, эксплуатирующая уязвимых людей и использующая связи в органах власти для подделки документов, контроля выплат и «торговли» бойцами СВО.
О чем пишет Кашеварова.
1. Существование «чёрных рекрутеров» — масштабная проблема.
Во многих регионах при военкоматах и пунктах отбора действуют организованные группы, торгующие людьми — будущими бойцами.
2. Мошенничество использует как легальные механизмы (контракты, документы), так и криминальные практики (угрозы, насилие, подделки).
3. Рекрутеры действуют в сговоре с чиновниками и силами правопорядка.
У них есть «свои люди» в военкоматах, отборочных пунктах и правоохранительных органах, что позволяет им обходить проверки и подделывать документы.
4. Есть несколько стабильных схем вербовки и поставки бойцов.
Описаны конкретные модели эксплуатации: подмена документов и ВВК, вербовка у маргинальных групп, обещания элитных подразделений с последующей «подменой», продажа бойцов между регионами/подразделениями.
5. Жертвы остаются беззащитными и эксплуатируются экономически и юридически.
Утрата документов, платежи с карт, фальшивые браки, принуждение под угрозой тюрьмы — всё это лишает людей защиты и средств.
Масштаб и организация
• Наличие «целых мафиозных групп» в каждом регионе указывает на системный характер — это не единичные мошенники, а разветвлённые сети.
• Схемы действуют повторяемо и имеют разделение функций: поиск жертв, подделка документов, контроль выплат, юридическое прикрытие.
Коррупционная составляющая
• Рекрутеры имеют контакты в военкоматах и ВВК — это даёт им возможность «прогонять» людей через медкомиссии и оформлять справки.
• Доступ к банковским картам и документам жертв облегчает хищение выплат и перераспределение средств.
Эксплуатация уязвимых групп
• Маргинальные слои (алкоголики, наркоманы, люди с проблемами с законом) особенно уязвимы: их задерживают или запугивают, заставляют подписывать контракты в невменяемом/подавленном состоянии.
• Такие люди хуже понимают свои права и легче поддаются манипуляциям; у них часто нет работы или жилья, поэтому обещанные выплаты выглядят привлекательными.
Ложные обещания и «продажа» на направления
• Рекрутеры заманивают людей обещаниями элитных подразделений (Африканский корпус, «Вагнер» и т.п.), за которые кандидаты готовы платить откаты. Затем их отправляют в другие подразделения или на иные направления — это форма мошенничества и рабского обращения.
• Межрегиональная «торговля» бойцами (перепродажа между регионами/подразделениями) показывает, что рынок бойцов стал товаром с собственной логистикой и ценой.
Финансовая эксплуатация жертв
• Многомиллионные выплаты, пособия и льготы — сырьё для мошенников: они контролируют карты, получают доступ к выплатам, оформляют фиктивные браки и т.д.
• Часто жертве оставляют «крошки», а основная масса денег идёт в руки организаторов и их покровителей.
Надо ли говорить, что система рекрутинга функционирует как элемент неолиберальной модели. Куратором рекрутинга у нас является Дмитрий Медведев. Понятно, что в условиях СВО система не может объективно быть прозрачной. Поэтому риски зашиты изначально туда. Как пишет Кашеварова, «торговля бойцами уже идет от недобросовестных региональных властей и между подразделениями. То есть тут уже мошенничество на высшем уровне. Как тут работает: к примеру, набирало Подмосковье для одних подразделений и бойцы ехали на Запорожское направление, но по дороге их «продали» другому региону и они уехали на Донецкое направление».
В ближайшем будущем- это клондайк для следствия.
«Чёрные рекрутеры» — это системная коррупционно-криминальная сеть, эксплуатирующая уязвимых людей и использующая связи в органах власти для подделки документов, контроля выплат и «торговли» бойцами СВО.
О чем пишет Кашеварова.
1. Существование «чёрных рекрутеров» — масштабная проблема.
Во многих регионах при военкоматах и пунктах отбора действуют организованные группы, торгующие людьми — будущими бойцами.
2. Мошенничество использует как легальные механизмы (контракты, документы), так и криминальные практики (угрозы, насилие, подделки).
3. Рекрутеры действуют в сговоре с чиновниками и силами правопорядка.
У них есть «свои люди» в военкоматах, отборочных пунктах и правоохранительных органах, что позволяет им обходить проверки и подделывать документы.
4. Есть несколько стабильных схем вербовки и поставки бойцов.
Описаны конкретные модели эксплуатации: подмена документов и ВВК, вербовка у маргинальных групп, обещания элитных подразделений с последующей «подменой», продажа бойцов между регионами/подразделениями.
5. Жертвы остаются беззащитными и эксплуатируются экономически и юридически.
Утрата документов, платежи с карт, фальшивые браки, принуждение под угрозой тюрьмы — всё это лишает людей защиты и средств.
Масштаб и организация
• Наличие «целых мафиозных групп» в каждом регионе указывает на системный характер — это не единичные мошенники, а разветвлённые сети.
• Схемы действуют повторяемо и имеют разделение функций: поиск жертв, подделка документов, контроль выплат, юридическое прикрытие.
Коррупционная составляющая
• Рекрутеры имеют контакты в военкоматах и ВВК — это даёт им возможность «прогонять» людей через медкомиссии и оформлять справки.
• Доступ к банковским картам и документам жертв облегчает хищение выплат и перераспределение средств.
Эксплуатация уязвимых групп
• Маргинальные слои (алкоголики, наркоманы, люди с проблемами с законом) особенно уязвимы: их задерживают или запугивают, заставляют подписывать контракты в невменяемом/подавленном состоянии.
• Такие люди хуже понимают свои права и легче поддаются манипуляциям; у них часто нет работы или жилья, поэтому обещанные выплаты выглядят привлекательными.
Ложные обещания и «продажа» на направления
• Рекрутеры заманивают людей обещаниями элитных подразделений (Африканский корпус, «Вагнер» и т.п.), за которые кандидаты готовы платить откаты. Затем их отправляют в другие подразделения или на иные направления — это форма мошенничества и рабского обращения.
• Межрегиональная «торговля» бойцами (перепродажа между регионами/подразделениями) показывает, что рынок бойцов стал товаром с собственной логистикой и ценой.
Финансовая эксплуатация жертв
• Многомиллионные выплаты, пособия и льготы — сырьё для мошенников: они контролируют карты, получают доступ к выплатам, оформляют фиктивные браки и т.д.
• Часто жертве оставляют «крошки», а основная масса денег идёт в руки организаторов и их покровителей.
Надо ли говорить, что система рекрутинга функционирует как элемент неолиберальной модели. Куратором рекрутинга у нас является Дмитрий Медведев. Понятно, что в условиях СВО система не может объективно быть прозрачной. Поэтому риски зашиты изначально туда. Как пишет Кашеварова, «торговля бойцами уже идет от недобросовестных региональных властей и между подразделениями. То есть тут уже мошенничество на высшем уровне. Как тут работает: к примеру, набирало Подмосковье для одних подразделений и бойцы ехали на Запорожское направление, но по дороге их «продали» другому региону и они уехали на Донецкое направление».
В ближайшем будущем- это клондайк для следствия.