Только богатые хотят жить вечно, ч.2
Понятно, почему многие консерваторы испытывают дискомфорт по поводу трансгуманизма: трудно сохранить иерархии, основанные на социальной преемственности, если физические и умственные способности людей постоянно претерпевают столь глубокие изменения, что любые жёсткие нормы перестают удерживаться при каждом усложнении. Это не означает, что либералы или консерваторы не могут поддерживать бессмертие - многие либеральные трансгуманисты его поддерживают. Но Фукуяма поднимает важный вопрос для либерализма: как подчинять людей социальному контракту в мире, где их способности дают им практически безграничную свободу?
Другим популярным аргументом против продления жизни является перенаселение: животным и растениям необходима энергия, а она конечна.
Да, экосистемы требуют энергии, и это реальный экологический факт. Но обязаны ли мы защищать эту жестокость настолько, чтобы отвергать возможность новых экосистем, способных отказаться от этой жестокости? Смотря на нищий труп в канализации, можем ли мы сказать: «зато он теперь мёртв», не испытывая глубокого дискомфорта? Смерть — это последняя форма бедности. Вместо того, чтобы думать о каком-то облегчении, которое постигло труп в канализации, давайте подумаем о том, что в конце концов его уничтожил титанический стресс.
Ещё одна ирония заключается в том, что смерть может приблизиться к форме агентности только тогда, когда она становится выбором — возможным благодаря бессмертию. «Выбор смерти» сегодня сводится к следующему: миллионы людей выбирают: наблюдать страдания близкого, а затем смерть, или ускорить его умирание, чтобы прекратить эти страдания. Фраза «он наконец-то в покое» — это попытка живых найти утешение в горе, приписывая спокойствие состоянию, которое по определению его не имеет. Смерть не есть покой. Это не отдых, а прекращение всей чувствительности. Это форма насилия над живым, уничтожение, а не примирение. Возможно, честнее было бы говорить не «покойся с миром», а «исчез в войне».
Итак, ответ на тезис «только богатые хотят бессмертия»: нет. Бессмертия желают и те, кто видит в нём возможность бесконечного богатства для всех. Обратимся к Петру Кропоткину:
Наука и промышленность, знание и его приложение, открытия и их практическое осуществление, ведущее к новым открытиям, труд умственный и труд ручной, мысль и продукт материального труда — все это связано между собою. Каждое открытие, каждый шаг вперед, каждое увеличение богатств человечества имеет свое начало во всей совокупности физического и умственного труда, как в прошлом, так и в настоящем. По какому же праву, в таком случае, может кто-нибудь присвоить себе хотя бы малейшую частицу этого огромного целого и сказать: это мое, а не ваше?
Многие из сверхбогатых желают бессмертия не для всего человечества, а только для себя. Это правда. Но можно ли отказать всем остальным в том богатстве, которое основано на предыдущем бесконечном производством и открытиях? Если элита, военачальники, ученые и бестии откроют секрет бессмертия, то общество может создать свою армию чудовищ и ученых, чтобы украсть секрет у них. Только тогда богатые действительно захотят бессмертия. Да, потому что, наконец, отчуждающий труд рабочих закончится богатством бесконечных поколений свободных производителей.
Смерть - зло.
P.S. Это вольный перевод видеоэссе от анархо-трансгуманистического автора. Наша редакция придерживается менее радикальных взглядов, но тем не менее это очень сильный и красивый текст, демонстрирующий почему левым не стоит отказываться от трансгуманистических идей.
ч.1
Понятно, почему многие консерваторы испытывают дискомфорт по поводу трансгуманизма: трудно сохранить иерархии, основанные на социальной преемственности, если физические и умственные способности людей постоянно претерпевают столь глубокие изменения, что любые жёсткие нормы перестают удерживаться при каждом усложнении. Это не означает, что либералы или консерваторы не могут поддерживать бессмертие - многие либеральные трансгуманисты его поддерживают. Но Фукуяма поднимает важный вопрос для либерализма: как подчинять людей социальному контракту в мире, где их способности дают им практически безграничную свободу?
Другим популярным аргументом против продления жизни является перенаселение: животным и растениям необходима энергия, а она конечна.
Да, экосистемы требуют энергии, и это реальный экологический факт. Но обязаны ли мы защищать эту жестокость настолько, чтобы отвергать возможность новых экосистем, способных отказаться от этой жестокости? Смотря на нищий труп в канализации, можем ли мы сказать: «зато он теперь мёртв», не испытывая глубокого дискомфорта? Смерть — это последняя форма бедности. Вместо того, чтобы думать о каком-то облегчении, которое постигло труп в канализации, давайте подумаем о том, что в конце концов его уничтожил титанический стресс.
Ещё одна ирония заключается в том, что смерть может приблизиться к форме агентности только тогда, когда она становится выбором — возможным благодаря бессмертию. «Выбор смерти» сегодня сводится к следующему: миллионы людей выбирают: наблюдать страдания близкого, а затем смерть, или ускорить его умирание, чтобы прекратить эти страдания. Фраза «он наконец-то в покое» — это попытка живых найти утешение в горе, приписывая спокойствие состоянию, которое по определению его не имеет. Смерть не есть покой. Это не отдых, а прекращение всей чувствительности. Это форма насилия над живым, уничтожение, а не примирение. Возможно, честнее было бы говорить не «покойся с миром», а «исчез в войне».
Итак, ответ на тезис «только богатые хотят бессмертия»: нет. Бессмертия желают и те, кто видит в нём возможность бесконечного богатства для всех. Обратимся к Петру Кропоткину:
Наука и промышленность, знание и его приложение, открытия и их практическое осуществление, ведущее к новым открытиям, труд умственный и труд ручной, мысль и продукт материального труда — все это связано между собою. Каждое открытие, каждый шаг вперед, каждое увеличение богатств человечества имеет свое начало во всей совокупности физического и умственного труда, как в прошлом, так и в настоящем. По какому же праву, в таком случае, может кто-нибудь присвоить себе хотя бы малейшую частицу этого огромного целого и сказать: это мое, а не ваше?
Многие из сверхбогатых желают бессмертия не для всего человечества, а только для себя. Это правда. Но можно ли отказать всем остальным в том богатстве, которое основано на предыдущем бесконечном производством и открытиях? Если элита, военачальники, ученые и бестии откроют секрет бессмертия, то общество может создать свою армию чудовищ и ученых, чтобы украсть секрет у них. Только тогда богатые действительно захотят бессмертия. Да, потому что, наконец, отчуждающий труд рабочих закончится богатством бесконечных поколений свободных производителей.
Смерть - зло.
P.S. Это вольный перевод видеоэссе от анархо-трансгуманистического автора. Наша редакция придерживается менее радикальных взглядов, но тем не менее это очень сильный и красивый текст, демонстрирующий почему левым не стоит отказываться от трансгуманистических идей.
ч.1