Стул — на котором сидят, в смысле, мебель.
Около тысячи лет назад я прочитал в газете «Известия» про Найта Гингрича, американского сенатора, который вышел к журналистам со стулом с подпиленными ножками: нормальной длины, ¾, ½ и ¼
— Вот, сказал Гингрич, — у Билла Клинтона (президент США) внимание такое же колченогое: к администрации полноценное, к бизнесу ¾, к образованию и науке ½, а к морали и нравственности ¼. Позиция, мол, не устойчива, не голосуйте за него!
Мне понравилось, и я даже сделал себе реквизит для лекций — купил в ИКЕЕ, и ножовкой в гараже аналогично обпилил ножки.
Стул был желтый, яркий, и пластмассовый. Однажды я даже возил его в Киров. Прикиньте — поезд, купе, я с желтым хромым стулом.
А потом прошло семь лет, встреча с крупным Клиентом, и вдруг руководитель мне говорит: «а я помню, вы выступали у нас — со Стулом!».
Вот такой якорь внимания.
Хотя по сути — хрень, и Клинтон, кстати, переизбрался, несмотря на креатив Гингрича.
Около тысячи лет назад я прочитал в газете «Известия» про Найта Гингрича, американского сенатора, который вышел к журналистам со стулом с подпиленными ножками: нормальной длины, ¾, ½ и ¼
— Вот, сказал Гингрич, — у Билла Клинтона (президент США) внимание такое же колченогое: к администрации полноценное, к бизнесу ¾, к образованию и науке ½, а к морали и нравственности ¼. Позиция, мол, не устойчива, не голосуйте за него!
Мне понравилось, и я даже сделал себе реквизит для лекций — купил в ИКЕЕ, и ножовкой в гараже аналогично обпилил ножки.
Стул был желтый, яркий, и пластмассовый. Однажды я даже возил его в Киров. Прикиньте — поезд, купе, я с желтым хромым стулом.
А потом прошло семь лет, встреча с крупным Клиентом, и вдруг руководитель мне говорит: «а я помню, вы выступали у нас — со Стулом!».
Вот такой якорь внимания.
Хотя по сути — хрень, и Клинтон, кстати, переизбрался, несмотря на креатив Гингрича.