Региональная опричнина?
В начале посткрымского периода (2014-2015 гг.), сразу после введения санкций Система столкнулась с серьезными финансовыми проблемами. Их следствием стала оптимизация бюджетных расходов, сокращение трат губернаторов и глав субъектов федерации на пиар, а также хроническое недофинансирование регионов.
Сейчас ситуация типологически схожая. Системе не хватает ресурсов: следует ожидать сокращения бюджетов на 2021 г. в регионах страны. Однако в региональных бюджетах мало что можно резать: большинство из них – это уже давно социальные бюджеты (то есть бюджеты «поддержания штанов»). Поэтому, вполне возможно, будет запущен антикоррупционный тренд, направленный на раскулачивание регионального олигархата.
Однако структура принятия решений в стране – централизованная. За спиной регионального крупного бизнеса, сливающегося с административной элитой, как правило, стоят федеральные лоббисты (те же высокопоставленные чиновники, но федерального уровня). А их Система сдавать не готова. Впрочем, вследствие развернувшейся опричнины, возможно, влиятельные на федеральном уровне управленцы осознают: лоббирование интересов крупного бизнеса за счет политических рисков и угроз дестабилизации регионов нецелесообразно.
Разворачивающийся тренд на аудит региональной коррупции – это еще и угроза внутриэлитных конфликтов. Вряд ли крупный бизнес в регионах будет молчаливо реагировать на попытки национализировать у него активы. Впрочем, случай с «Башкирской содовой компанией», которая в скором времени будет отнята у ее офшорных владельцев, показывает: Система намерена определить новые стандарты отношений власти и бизнеса. Любые факторы, несущие политические риски, будут автоматически возлагаться на крупный бизнес.
https://t.me/russica2/32145
В начале посткрымского периода (2014-2015 гг.), сразу после введения санкций Система столкнулась с серьезными финансовыми проблемами. Их следствием стала оптимизация бюджетных расходов, сокращение трат губернаторов и глав субъектов федерации на пиар, а также хроническое недофинансирование регионов.
Сейчас ситуация типологически схожая. Системе не хватает ресурсов: следует ожидать сокращения бюджетов на 2021 г. в регионах страны. Однако в региональных бюджетах мало что можно резать: большинство из них – это уже давно социальные бюджеты (то есть бюджеты «поддержания штанов»). Поэтому, вполне возможно, будет запущен антикоррупционный тренд, направленный на раскулачивание регионального олигархата.
Однако структура принятия решений в стране – централизованная. За спиной регионального крупного бизнеса, сливающегося с административной элитой, как правило, стоят федеральные лоббисты (те же высокопоставленные чиновники, но федерального уровня). А их Система сдавать не готова. Впрочем, вследствие развернувшейся опричнины, возможно, влиятельные на федеральном уровне управленцы осознают: лоббирование интересов крупного бизнеса за счет политических рисков и угроз дестабилизации регионов нецелесообразно.
Разворачивающийся тренд на аудит региональной коррупции – это еще и угроза внутриэлитных конфликтов. Вряд ли крупный бизнес в регионах будет молчаливо реагировать на попытки национализировать у него активы. Впрочем, случай с «Башкирской содовой компанией», которая в скором времени будет отнята у ее офшорных владельцев, показывает: Система намерена определить новые стандарты отношений власти и бизнеса. Любые факторы, несущие политические риски, будут автоматически возлагаться на крупный бизнес.
https://t.me/russica2/32145