ЧАСТЬ 5.
Проспала 4 часа, было неудобно на спине, а на бок не повернуться. Проснулась в темноте, встала абсолютно разбитая. Второй за последние дни выброс адреналина во время падения сожрал последнюю энергию. Но двигаться все равно было нужно. Хотя бы, чтоб не замёрзнуть. Ещё раз намазала плечо, ухудшений, кажется нет, но и улучшений тоже. Я могу поддерживать левой рукой руль, но вот дотянуться до экрана велокомпьютера ей уже не могу. Этим утром я окончательно поняла, что для меня гонка закончилась. Теперь нет смысла сверять позицию с системой слежения. Я больше не конкурент. Я больше не еду гонку. Но я не сдаюсь, потому что всё равно еду - свой маршрут, соревнуясь лишь с собственной волей. И продержаться осталось еще примерно 500 километров. Впереди перевал Нурали, накануне я встретила гонщика, который уже его прошёл и возвращался по встречному треку.
- Правда, там очень крутые спуски? - спросла я.
- Да, что там спуски, сначала на них нужно затащить велосипед. Я больше никогда не захочу это повторить. - ответил он.
"Если об этом заявил здоровый атлет, то куда же мне с одной правой?" - подумала я.
И решила проверить)).
В 11 прикатила к подножью горы. Она была расчерчена мототрассами, уходящими вверх почти по вертикали. Трек вёл прямо по ним. В ближайшем ручье я намочила голову, набрала в гидратор 2 литра воды и отправилась штурмовать. Подъем и спуск - 8 км. На той стороне турбаза. Я пообещала себе, что еще немного потерплю и встану отдыхать и зализывать раны. Тогда я ещё не знала, что нуралинский волок займет у меня 8 часов.
Первые пятьсот метров двадцатикилограммовый вел еще можно было как-то катить. Потом градус уклона вырос, и колеса отказались крутиться по камням в гору. А в помощь им у меня была только одна рука. Я преподнимала ею велосипед за подседельный штырь, а еле живой левой проталкивала руль вперёд, упираясь ногами, налегая всем телом. Я прочувствовала каждый метр до этой вершины. Толкала мунут 30 до более или менее ровной площадки, а потом ложилась на землю рядом с велом и отключалась минут на 15.
Красота с вершины открылась нереальная, я даже сделала пару фото. Но за ней образовалась ещё вершина, потом еще и еще. Гора будто и не собиралась сдаваться. Ей на подмогу прилетели тучи, поднялся встречный ветер, несколько раз начинал моросить дождь. Но я уже успокоилась, мне теперь не за кем было гнаться. Мне нужно было просто не останавливаться и надеяться на неминуемый спуск.
И вот она последняя и окончательная вершина, дальше дорога уводит на несколько километров вниз. Правда радовалась я недолго. Оказалось, что спуск завален камнями. Со звдоровой рукой я бы технично по ним пронеслась, обрабатывая неровности. Но сейчас могу только уныло тащиться вниз рядом с велосипедом, зажимая тормоз, чтобы вел не скатился вниз без меня.
Дорога вниз заняла еще пару часов. До базы оставалось два километра, каменистые осыпи сменились уютной лесной тропинкой. Я решила, что достаточно я таскала велосипед, пора и самой прокатиться. Но так обессилила за эти часы, что не смогла перекинуть ногу. Так и тащилась до базы - пешая.
Проспала 4 часа, было неудобно на спине, а на бок не повернуться. Проснулась в темноте, встала абсолютно разбитая. Второй за последние дни выброс адреналина во время падения сожрал последнюю энергию. Но двигаться все равно было нужно. Хотя бы, чтоб не замёрзнуть. Ещё раз намазала плечо, ухудшений, кажется нет, но и улучшений тоже. Я могу поддерживать левой рукой руль, но вот дотянуться до экрана велокомпьютера ей уже не могу. Этим утром я окончательно поняла, что для меня гонка закончилась. Теперь нет смысла сверять позицию с системой слежения. Я больше не конкурент. Я больше не еду гонку. Но я не сдаюсь, потому что всё равно еду - свой маршрут, соревнуясь лишь с собственной волей. И продержаться осталось еще примерно 500 километров. Впереди перевал Нурали, накануне я встретила гонщика, который уже его прошёл и возвращался по встречному треку.
- Правда, там очень крутые спуски? - спросла я.
- Да, что там спуски, сначала на них нужно затащить велосипед. Я больше никогда не захочу это повторить. - ответил он.
"Если об этом заявил здоровый атлет, то куда же мне с одной правой?" - подумала я.
И решила проверить)).
В 11 прикатила к подножью горы. Она была расчерчена мототрассами, уходящими вверх почти по вертикали. Трек вёл прямо по ним. В ближайшем ручье я намочила голову, набрала в гидратор 2 литра воды и отправилась штурмовать. Подъем и спуск - 8 км. На той стороне турбаза. Я пообещала себе, что еще немного потерплю и встану отдыхать и зализывать раны. Тогда я ещё не знала, что нуралинский волок займет у меня 8 часов.
Первые пятьсот метров двадцатикилограммовый вел еще можно было как-то катить. Потом градус уклона вырос, и колеса отказались крутиться по камням в гору. А в помощь им у меня была только одна рука. Я преподнимала ею велосипед за подседельный штырь, а еле живой левой проталкивала руль вперёд, упираясь ногами, налегая всем телом. Я прочувствовала каждый метр до этой вершины. Толкала мунут 30 до более или менее ровной площадки, а потом ложилась на землю рядом с велом и отключалась минут на 15.
Красота с вершины открылась нереальная, я даже сделала пару фото. Но за ней образовалась ещё вершина, потом еще и еще. Гора будто и не собиралась сдаваться. Ей на подмогу прилетели тучи, поднялся встречный ветер, несколько раз начинал моросить дождь. Но я уже успокоилась, мне теперь не за кем было гнаться. Мне нужно было просто не останавливаться и надеяться на неминуемый спуск.
И вот она последняя и окончательная вершина, дальше дорога уводит на несколько километров вниз. Правда радовалась я недолго. Оказалось, что спуск завален камнями. Со звдоровой рукой я бы технично по ним пронеслась, обрабатывая неровности. Но сейчас могу только уныло тащиться вниз рядом с велосипедом, зажимая тормоз, чтобы вел не скатился вниз без меня.
Дорога вниз заняла еще пару часов. До базы оставалось два километра, каменистые осыпи сменились уютной лесной тропинкой. Я решила, что достаточно я таскала велосипед, пора и самой прокатиться. Но так обессилила за эти часы, что не смогла перекинуть ногу. Так и тащилась до базы - пешая.