"Десять лет Тализ собирал фактуру, погрузившись в дебри секс-революции. Он стал нудистом, посещал секс-вечеринки, оргии, секс-ретриты и секс-колонии, ежедневно бывал в салонах эротического массажа, а затем стал управляющим одного из них - чтобы лучше понимать своих героев и гостей.
"Конечно же я был в гуще событий! - восклицает он. - Ты же не думаешь, что я буду освещать оргию, сидя в каком-нибудь отдельном сраном боксе для представителей СМИ?! Да, внутри меня будто бы всегда есть два чувака, я такой персонаж-шизофреник: одновременно репортёр. наблюдатель и участник, и всегда осматриваю комнату в поиске истории и как её описать".
Из предисловия Егора Мостовщикова к сборнику эссе Гэя Тализа "Фрэнк Синатра простудился и другие истории".
ах, какой вос-хи-ти-тель-ный подход к работе у Тализа, а! Ответственный журналист, глубочайшее (во всех смыслах) погружение в материал. И никакого выгорания, обратите внимание!!
Всё это невероятно контрастирует с внешним видом уже дедушки, весьма задорного, надо признать, Тализа (в комментах фотография)
Конечно, предисловие не только об этом. И само по себе оно ничуть не хуже авторских эссе, если честно. Но уровень заинтересованности лично мне задрал именно этот кусок. (Где секс-революция, там я там я лежала и смотрела про это сериал, своего рода эксперт)
Выход книги "Жена твоего соседа", для которой Тализ десять лет собирал фактуру секс-индустрии кое-что поменял в его жизни. Например, от него ушла жена. Но через несколько лет вернулась.
В общем, перед нами сборник текстов легендарного в тридевятом англоязычном королевстве журналиста. Он проработал целую вечность в Нью-Йорк Таймс, задрал планку в 1960е для журналистики и стал вдохновением для следующих поколений литераторов и репортёров.
Но дело не в этом. Мало ли крутых журналистов в мире? Нет, не мало (просто не туть 😒).
Надеюсь, все впечатлились и захотели тоже изучать секс-индустрию или чего-нибудь еще интересное.
Но всё ничто, всё написанное выше нужно только для заполнения пустоты перед цитатой, которую можно покрутить и туда, и сюда. И потратить на это несколько дней, и поспорить о ней с другом, и рассказать о ней психологу, и примерить на разные эпохи, и страны, и ситуации. Хорошая цитата, дельная.
В самом занудном, длинном, пестрящим какими-то бесконечными (для нас ничего не значащими, незапоминаемыми) именами, репортаже есть такой вот отрывок:
"Эксклюзивная история о том, как ночью в Куинсе убивали девушку, а тридцать восемь человек слышали её вопли, и никто пальцем не шевельнул, повлекла за собой вереницу колонок и новостных историй о "безучастности" ньюйоркцев. (Никто, однако, не задумался, что, возможно, не будь ньюйоркцы равнодушны к крикам по ночам, к кричащим заголовкам, к тем, кто кричит, разжигая ненависть, город погрузился бы в бездну хаоса и политических, так что людская безучастность к смерти одних, возможно, позволяет сохранить жизнь других)
Это были 80-е.
Смотрите, как хорошо сказано.
Вот, собственно, и всё. Я просто хотела написать, что я тоже так чувствую. Безразличие ради мира внутри и мира снаружи (хихи, што я могу снаружи, што?)
"Конечно же я был в гуще событий! - восклицает он. - Ты же не думаешь, что я буду освещать оргию, сидя в каком-нибудь отдельном сраном боксе для представителей СМИ?! Да, внутри меня будто бы всегда есть два чувака, я такой персонаж-шизофреник: одновременно репортёр. наблюдатель и участник, и всегда осматриваю комнату в поиске истории и как её описать".
Из предисловия Егора Мостовщикова к сборнику эссе Гэя Тализа "Фрэнк Синатра простудился и другие истории".
ах, какой вос-хи-ти-тель-ный подход к работе у Тализа, а! Ответственный журналист, глубочайшее (во всех смыслах) погружение в материал. И никакого выгорания, обратите внимание!!
Всё это невероятно контрастирует с внешним видом уже дедушки, весьма задорного, надо признать, Тализа (в комментах фотография)
Конечно, предисловие не только об этом. И само по себе оно ничуть не хуже авторских эссе, если честно. Но уровень заинтересованности лично мне задрал именно этот кусок. (Где секс-революция, там я там я лежала и смотрела про это сериал, своего рода эксперт)
Выход книги "Жена твоего соседа", для которой Тализ десять лет собирал фактуру секс-индустрии кое-что поменял в его жизни. Например, от него ушла жена. Но через несколько лет вернулась.
В общем, перед нами сборник текстов легендарного в тридевятом англоязычном королевстве журналиста. Он проработал целую вечность в Нью-Йорк Таймс, задрал планку в 1960е для журналистики и стал вдохновением для следующих поколений литераторов и репортёров.
Но дело не в этом. Мало ли крутых журналистов в мире? Нет, не мало (просто не туть 😒).
Надеюсь, все впечатлились и захотели тоже изучать секс-индустрию или чего-нибудь еще интересное.
Но всё ничто, всё написанное выше нужно только для заполнения пустоты перед цитатой, которую можно покрутить и туда, и сюда. И потратить на это несколько дней, и поспорить о ней с другом, и рассказать о ней психологу, и примерить на разные эпохи, и страны, и ситуации. Хорошая цитата, дельная.
В самом занудном, длинном, пестрящим какими-то бесконечными (для нас ничего не значащими, незапоминаемыми) именами, репортаже есть такой вот отрывок:
"Эксклюзивная история о том, как ночью в Куинсе убивали девушку, а тридцать восемь человек слышали её вопли, и никто пальцем не шевельнул, повлекла за собой вереницу колонок и новостных историй о "безучастности" ньюйоркцев. (Никто, однако, не задумался, что, возможно, не будь ньюйоркцы равнодушны к крикам по ночам, к кричащим заголовкам, к тем, кто кричит, разжигая ненависть, город погрузился бы в бездну хаоса и политических, так что людская безучастность к смерти одних, возможно, позволяет сохранить жизнь других)
Это были 80-е.
Смотрите, как хорошо сказано.
Вот, собственно, и всё. Я просто хотела написать, что я тоже так чувствую. Безразличие ради мира внутри и мира снаружи (хихи, што я могу снаружи, што?)