Стратегии выживания элит на фоне начавшегося трансфера власти складываются самым причудливым образом. Коллеги много пишут о том, что напряжение в элитах нарастет. Так оно и есть, однако пока что речь идет о росте фактора тревожности, как и у простых россиян, который осенью демонстрировал беспрецедентный рост до 70%. Только в элитах ситуация еще более сложная, так как там все-таки знают и понимают больше, а вот сделать также ничего не могут.
Фактически мы наблюдаем не столько поляризацию элит, сколько раздробленность, где каждый выстраивает персональную стратегию выживания, раскладывая яйца по разным корзинам. Спасение утопающих – дело рук самих утопающих, как известно. Поэтому в стране где «все всё понимают», многим приходится действовать сразу на нескольких уровнях. Что-то похоже было и в позднем СССР, когда с одной стороны официальный статус требовал исполнения определенных ритуалов, на кухнях шепотом обсуждалось личное отношение, а на деле каждый лавировал как мог. Кто не помнит, был такой старый анекдот про Микояна, когда Сталин пригласил к себе на дачу всех членов ЦК и вдруг пошел сильный ливень. Все приходят мокрыми до нитки и только Анастас – сухой. На вопрос, как ему удалось не вымокнуть, тот отвечал: «а я между струйками, между струйками».
Трансфер показывает, что есть и активные игроки, которые уже сейчас готовы делать окончательные ставки или наоборот, используют прием гиперболизации в собственном позиционировании. В этом смысле, тот же Медведев «на кочерге» требующий репрессий по отношению к «врагам народа» - наглядный пример такой стратегии. При этом аппаратные союзы внутри власти начали выстраиваться именно по принципу трансферного выживания, когда стало понятно, что при усиливающейся турбулентности параметры выживания в Системе будут складываться причудливым образом. Не зря открытием года стало появление на арене лидеров ЧВК, а также политизация силовиков.
Глеб Павловский, один из немногих теоретиков постпутинского транзита, считает нынешнее состояние «проходом в точку драматического финала» Системы, тем самым обнуляя прежние договоренности и правила поведения. «Постпутинский транзит, начавшись почти неприметно, в любом из сценариев приходит к моменту насыщения и, пройдя сквозь военный горизонт событий, приобретет еще неясный нам мировой модус». Собственно, речь сейчас идет даже не столько о решении самого президента Путина переизбраться на очередной срок в 2024 году, сколько о том, какой из транзита выйдет сама Система и кто в ней останется, а кто нет. «Игра в кальмара» на этой последней миле транзита в том и состоит, что не до конца понятно, кто в ней победит и какие испытания придется пройти игрокам.
Фактически мы наблюдаем не столько поляризацию элит, сколько раздробленность, где каждый выстраивает персональную стратегию выживания, раскладывая яйца по разным корзинам. Спасение утопающих – дело рук самих утопающих, как известно. Поэтому в стране где «все всё понимают», многим приходится действовать сразу на нескольких уровнях. Что-то похоже было и в позднем СССР, когда с одной стороны официальный статус требовал исполнения определенных ритуалов, на кухнях шепотом обсуждалось личное отношение, а на деле каждый лавировал как мог. Кто не помнит, был такой старый анекдот про Микояна, когда Сталин пригласил к себе на дачу всех членов ЦК и вдруг пошел сильный ливень. Все приходят мокрыми до нитки и только Анастас – сухой. На вопрос, как ему удалось не вымокнуть, тот отвечал: «а я между струйками, между струйками».
Трансфер показывает, что есть и активные игроки, которые уже сейчас готовы делать окончательные ставки или наоборот, используют прием гиперболизации в собственном позиционировании. В этом смысле, тот же Медведев «на кочерге» требующий репрессий по отношению к «врагам народа» - наглядный пример такой стратегии. При этом аппаратные союзы внутри власти начали выстраиваться именно по принципу трансферного выживания, когда стало понятно, что при усиливающейся турбулентности параметры выживания в Системе будут складываться причудливым образом. Не зря открытием года стало появление на арене лидеров ЧВК, а также политизация силовиков.
Глеб Павловский, один из немногих теоретиков постпутинского транзита, считает нынешнее состояние «проходом в точку драматического финала» Системы, тем самым обнуляя прежние договоренности и правила поведения. «Постпутинский транзит, начавшись почти неприметно, в любом из сценариев приходит к моменту насыщения и, пройдя сквозь военный горизонт событий, приобретет еще неясный нам мировой модус». Собственно, речь сейчас идет даже не столько о решении самого президента Путина переизбраться на очередной срок в 2024 году, сколько о том, какой из транзита выйдет сама Система и кто в ней останется, а кто нет. «Игра в кальмара» на этой последней миле транзита в том и состоит, что не до конца понятно, кто в ней победит и какие испытания придется пройти игрокам.