От специальной военной операции к «перманентной СВО». Годовщина начала исторических событий, запущенных президентом Путиным, была с размахом отмечена представителями власти на стадионе в Лужниках, чему ранее предшествовало президентское послание. За год СВО риторика Путина, начавшего спецоперацию, сильно поменялась. От локальных задач связанных именно с Украиной цели СВО расширились до глобального противостояния с «коллективным Западом», де-факто воплотив давнюю стратегию «Россия – осажденная крепость».
Однако любой крепости для выживания засевших в ней дворян и рыцарей необходимы деревни, которые будут их кормить. Поэтому было бы правильно перефразировать этот мем в «Кремль – осажденная крепость», так как Запад подчеркнуто борется именно с элитами, при этом оставляя лакуны и «серые зоны» для поддержания в стране определенного уровня жизни. За этот год наладились не только технологии «параллельного импорта». Российские миллиардеры активно ищут пути-выходы из сложившейся ситуации, даже несмотря на призывы Путина вернуться домой, продолжают активно развивать свою «олигархическую дипломатию».
За этот год власти и вправду сумели справиться с главными вызовами: экономика не рухнула под санкциями, начался постепенный перезапуск ее национального сектора, политизация населения успешно купируется тактическими решениями. Владимир Путин, как кадровый сотрудник спецслужб, все свои сроки нахождения во главе системы власти, использовал тактику спецопераций, как свой фирменный стиль управления. «Рокировка» 2012 года – что это, как не политическая спецоперация? В некотором смысле «перманентная СВО» – тоже политическая стратегия.
Тут можно провести некую историческую параллель с марксисткой перманентной революцией – стратегией революционного класса, преследующего свои собственные интересы независимо, без компромиссов и союзов с противоположными слоями общества. Теоретики, в первую очередь Лев Троцкий, умело довели ее до политической модели. В ней наша система власти проецирует себя на международном уровне как «повстанцы» против «империи», т.е. путинская Россия выступает в качестве мирового революционера (продолжая нести в себе ген большевистской революции), хотя при ближайшем рассмотрении косплейный характер этой постановки.
Так что главный вопрос для «перманентной СВО» – в наличии ресурсов. Деятельный ее характер требует значительных затрат и перевода экономики на военные рельсы, от чего Владимир Путин официально отказался в послании. Имеющиеся ресурсы достаточны для поддержания экономики на нынешнем уровне на недолгой дистанции сроком примерно в 1 год, после чего структурные изменения станут реальной необходимостью. В какую сторону тогда придется повернуть стране или все же системе удастся удержать прежний баланс, станет видно примерно ко второй годовщине исторического события.
Однако любой крепости для выживания засевших в ней дворян и рыцарей необходимы деревни, которые будут их кормить. Поэтому было бы правильно перефразировать этот мем в «Кремль – осажденная крепость», так как Запад подчеркнуто борется именно с элитами, при этом оставляя лакуны и «серые зоны» для поддержания в стране определенного уровня жизни. За этот год наладились не только технологии «параллельного импорта». Российские миллиардеры активно ищут пути-выходы из сложившейся ситуации, даже несмотря на призывы Путина вернуться домой, продолжают активно развивать свою «олигархическую дипломатию».
За этот год власти и вправду сумели справиться с главными вызовами: экономика не рухнула под санкциями, начался постепенный перезапуск ее национального сектора, политизация населения успешно купируется тактическими решениями. Владимир Путин, как кадровый сотрудник спецслужб, все свои сроки нахождения во главе системы власти, использовал тактику спецопераций, как свой фирменный стиль управления. «Рокировка» 2012 года – что это, как не политическая спецоперация? В некотором смысле «перманентная СВО» – тоже политическая стратегия.
Тут можно провести некую историческую параллель с марксисткой перманентной революцией – стратегией революционного класса, преследующего свои собственные интересы независимо, без компромиссов и союзов с противоположными слоями общества. Теоретики, в первую очередь Лев Троцкий, умело довели ее до политической модели. В ней наша система власти проецирует себя на международном уровне как «повстанцы» против «империи», т.е. путинская Россия выступает в качестве мирового революционера (продолжая нести в себе ген большевистской революции), хотя при ближайшем рассмотрении косплейный характер этой постановки.
Так что главный вопрос для «перманентной СВО» – в наличии ресурсов. Деятельный ее характер требует значительных затрат и перевода экономики на военные рельсы, от чего Владимир Путин официально отказался в послании. Имеющиеся ресурсы достаточны для поддержания экономики на нынешнем уровне на недолгой дистанции сроком примерно в 1 год, после чего структурные изменения станут реальной необходимостью. В какую сторону тогда придется повернуть стране или все же системе удастся удержать прежний баланс, станет видно примерно ко второй годовщине исторического события.