Много шума наделала вчерашняя инициатива об ужесточении наказания за оскорбление власти, вплоть до реальных сроков заключения. Похоже, что в этот раз гайки перекрутили и спикеру Володину даже пришлось публично заявлять, что «в ГД не рассматривается инициатива об ужесточении ответственности за публичное оскорбление представителей власти». Правда его коллега, депутат Василий Пискарев пояснил, что пока законопроект проходит обязательную стадию экспертной оценки. И все же проект есть, он одобрен правительством и проходит процедуру внесения в него поправок.
Ранее правительство РФ поддержало при условии доработки с учетом замечаний законопроект, которым предлагается дополнить уголовные статьи об оскорблении представителя власти и клевете в отношении судьи, прокурора и следователя новым квалифицирующим признаком, устанавливающим повышенные наказания за совершения преступлений с использованием интернета и СМИ.
Интересно, что Володин иезуитски опровергает факт рассмотрения, но не отвергает наличие само инициативы. Некоторые каналы уже поспешили назвать новость фейком, но это, вероятно, отнюдь не так. Очевидно, что законопроект утек в поле общественного обсуждения слишком рано, что могло стать прощупыванием почвы, перед его реальным внесением. Очевидно, что даже внутри самой системы власти, очередное ужесточение публичной критики в своей адрес поддерживают далеко не все. Пресс-секретарь президента Дмитрий Песков заявил, что надо отличать критику в адрес властей от оскорблений. Однако, как показывает практика последних решений судов, где пролегает грань – определить сложно. К примеру, накануне москвичу, принявшему участие в уличном радио опросе, заменили принудительные работы на реальный срок заключения.
Не бояться критики ранее призвал лидер «Новых Людей» Алексей Нечаев. Он предложил отменить уголовное наказание за оскорбление депутатов любого уровня.
Полностью с ним согласен, о чем вчера говорил в интервью. Уголовную статью за оскорбление представителей власти необходимо декриминализировать. Также нужно снижать ответственность за то, что пытаются подтянуть под различные оскорбления, которые таковыми не являются. На самом деле практика последних лет показывает, что суд зачастую признает оскорблениями довольно случайные высказывания, даже какие-то репосты или еще что-то. Практика говорит о том, что это не всегда прямые оскорбления. Часто люди несут достаточно серьезную ответственность за какие-то побочные вещи. Что такое оскорбление? На мой взгляд, это когда ты твердо желаешь кого-то оскорбить, нанести тем самым ему какой-то урон. Что могут посчитать за оскорбление власти? Например, критика власти часто привлекается или какая-то шутка, мем могут быть приравнены к оскорблению.
В будущем, такая политика может привести к табуированности и появлению «эзопова» языка. А ужесточением мотивируются возможные перегибы при вынесении решений. Нынешняя практика судов показывает, что перегибы уже есть. Естественно, они будут. Мы это видим на делах о том, как люди отправляются в реальное заключение на большой срок по 5 и более лет за какие-то вещи типа репоста или какого-то движения, жеста, за достаточно случайные вещи. Вероятно, перегибы не просто будут, они как бы ужесточением мотивируются.
Ранее правительство РФ поддержало при условии доработки с учетом замечаний законопроект, которым предлагается дополнить уголовные статьи об оскорблении представителя власти и клевете в отношении судьи, прокурора и следователя новым квалифицирующим признаком, устанавливающим повышенные наказания за совершения преступлений с использованием интернета и СМИ.
Интересно, что Володин иезуитски опровергает факт рассмотрения, но не отвергает наличие само инициативы. Некоторые каналы уже поспешили назвать новость фейком, но это, вероятно, отнюдь не так. Очевидно, что законопроект утек в поле общественного обсуждения слишком рано, что могло стать прощупыванием почвы, перед его реальным внесением. Очевидно, что даже внутри самой системы власти, очередное ужесточение публичной критики в своей адрес поддерживают далеко не все. Пресс-секретарь президента Дмитрий Песков заявил, что надо отличать критику в адрес властей от оскорблений. Однако, как показывает практика последних решений судов, где пролегает грань – определить сложно. К примеру, накануне москвичу, принявшему участие в уличном радио опросе, заменили принудительные работы на реальный срок заключения.
Не бояться критики ранее призвал лидер «Новых Людей» Алексей Нечаев. Он предложил отменить уголовное наказание за оскорбление депутатов любого уровня.
Бывают моменты, когда депутаты выходят на трибуну и всерьёз говорят, что надо женщин на кухню задвинуть, чтобы детей рожали, а не образование получали. Люди не понимают, как здесь не оскорблять. Правильно, что алкогольный магазин в Госдуме закрыли. Но надо продолжать. Для людей создавать возможности. А для себя запреты. Это непривычно. Но нужно. Люди этого ждут.
Полностью с ним согласен, о чем вчера говорил в интервью. Уголовную статью за оскорбление представителей власти необходимо декриминализировать. Также нужно снижать ответственность за то, что пытаются подтянуть под различные оскорбления, которые таковыми не являются. На самом деле практика последних лет показывает, что суд зачастую признает оскорблениями довольно случайные высказывания, даже какие-то репосты или еще что-то. Практика говорит о том, что это не всегда прямые оскорбления. Часто люди несут достаточно серьезную ответственность за какие-то побочные вещи. Что такое оскорбление? На мой взгляд, это когда ты твердо желаешь кого-то оскорбить, нанести тем самым ему какой-то урон. Что могут посчитать за оскорбление власти? Например, критика власти часто привлекается или какая-то шутка, мем могут быть приравнены к оскорблению.
В будущем, такая политика может привести к табуированности и появлению «эзопова» языка. А ужесточением мотивируются возможные перегибы при вынесении решений. Нынешняя практика судов показывает, что перегибы уже есть. Естественно, они будут. Мы это видим на делах о том, как люди отправляются в реальное заключение на большой срок по 5 и более лет за какие-то вещи типа репоста или какого-то движения, жеста, за достаточно случайные вещи. Вероятно, перегибы не просто будут, они как бы ужесточением мотивируются.