Россия и вправду вспоминает, что она федерация, а не корпорация. Но делает это довольно причудливым образом. Политизация регионов и вправду началась через губернаторов, которым еще в ковидные времена дали выбор: копировать Москву или делать что-то самим. После 2022 года эти тенденции лишь усилились. Таким образом, появился феномен губернаторов 3.0, которые в принципе сдали продвигать какую-то собственную повестку, порой даже вступая в конфронтацию с федеральным центром.
Конечно, наиболее выпукло в такой обособленности от федералов выглядит Чечня. Рамзан Кадыров и вправду ведет себя так, как предполагают базовые основы федеративного устройства. Конечно, как всегда, не совсем в соответствии с теми ожиданиями, которые бывают у сторонников регионализма, но все-таки. Если бы в свое время партия ОВР переиграла бы «Единство» на треке конца 90-х, глядишь, таких субъектов как Чечня у нас было бы сейчас намного больше. И не только донорский Татарстан, но и другие территории и общности, которые вполне могли бы проявить субъектность.
Сейчас губернаторы находятся в некоторой растерянности. С одной стороны, фабрика технократов навострилась выпускать «десант» в регионы, когда тот или иной управленец забрасывается на территорию ради дальнейшего карьерного взлёта. Есть мотивация, KPI и губернатор-менеджер отрабатывая свои сроки – уходит куда-то в более желанную структуру. Но тут карьерные амбиции стали немного проседать. Порой губернаторы хотят «свалить» куда-нибудь по-тихому, в сенаторы или депутаты, а не тянуть лямку федерального министра или чего-то соразмерного. Да и времена изменились, многие заточенные только на карьеру теперь не очень понимают, где риски, а где возможности.
«Десантники» осели в своих регионах, обвыклись и притерлись. Многие полюбили свои новые вотчины и вполне себе начали работать не только на результат, но и для души. Многие до того расслабились, что и вправду начали забывать, как выглядят со стороны. В этом смысле «козявки Осипова» - это такой ведь нормальное, вполне помещичье-мужицкое поведение начальника, который и вправду не очень понимает: а что такова? У вологодского (спасибо за замечание, поправили) Филимонова его хайп на сталинщине – совсем другое, тут как раз умышленная стратегия PR-борьбы.
При этом избиратели все-таки влияют на поведение главы. Рейтинги замеряют социологи и ФСО, давая объективную картинку федеральному центру. И если глава уж совсем отвяжется и уйдет в кринжевую политику, это неминуемо может отразиться на его показателях. Собственно, так многие главы и попадают в ротацию, чересчур увлекшись какой-нибудь собственной игрой. Хотя, разумеется, если бы выборы администрировали с меньшем нажимом, то это существенно бы изменило поведение глав в лучшую сторону. Но при наличии мунфильтра (отсечение всех сильных соперников), ДЭГа и доступа к медиа, говорить о выборах приходится как об инструменте легитимизации назначений. Хотя, «кейс 2019» показывает, что и в таком узком коридоре, могут быть сбои и даже по несколько за ЕДГ.
Конечно, наиболее выпукло в такой обособленности от федералов выглядит Чечня. Рамзан Кадыров и вправду ведет себя так, как предполагают базовые основы федеративного устройства. Конечно, как всегда, не совсем в соответствии с теми ожиданиями, которые бывают у сторонников регионализма, но все-таки. Если бы в свое время партия ОВР переиграла бы «Единство» на треке конца 90-х, глядишь, таких субъектов как Чечня у нас было бы сейчас намного больше. И не только донорский Татарстан, но и другие территории и общности, которые вполне могли бы проявить субъектность.
Сейчас губернаторы находятся в некоторой растерянности. С одной стороны, фабрика технократов навострилась выпускать «десант» в регионы, когда тот или иной управленец забрасывается на территорию ради дальнейшего карьерного взлёта. Есть мотивация, KPI и губернатор-менеджер отрабатывая свои сроки – уходит куда-то в более желанную структуру. Но тут карьерные амбиции стали немного проседать. Порой губернаторы хотят «свалить» куда-нибудь по-тихому, в сенаторы или депутаты, а не тянуть лямку федерального министра или чего-то соразмерного. Да и времена изменились, многие заточенные только на карьеру теперь не очень понимают, где риски, а где возможности.
«Десантники» осели в своих регионах, обвыклись и притерлись. Многие полюбили свои новые вотчины и вполне себе начали работать не только на результат, но и для души. Многие до того расслабились, что и вправду начали забывать, как выглядят со стороны. В этом смысле «козявки Осипова» - это такой ведь нормальное, вполне помещичье-мужицкое поведение начальника, который и вправду не очень понимает: а что такова? У вологодского (спасибо за замечание, поправили) Филимонова его хайп на сталинщине – совсем другое, тут как раз умышленная стратегия PR-борьбы.
При этом избиратели все-таки влияют на поведение главы. Рейтинги замеряют социологи и ФСО, давая объективную картинку федеральному центру. И если глава уж совсем отвяжется и уйдет в кринжевую политику, это неминуемо может отразиться на его показателях. Собственно, так многие главы и попадают в ротацию, чересчур увлекшись какой-нибудь собственной игрой. Хотя, разумеется, если бы выборы администрировали с меньшем нажимом, то это существенно бы изменило поведение глав в лучшую сторону. Но при наличии мунфильтра (отсечение всех сильных соперников), ДЭГа и доступа к медиа, говорить о выборах приходится как об инструменте легитимизации назначений. Хотя, «кейс 2019» показывает, что и в таком узком коридоре, могут быть сбои и даже по несколько за ЕДГ.