Какие материалы считать экстремистскими? Новый ФЗ вводящий штрафы за поиск заведомо экстремистских материалов в интернете и за рекламу VPN-сервисов переполошил общественность. На что опираться, на опубликованный на сайте Минюста список экстремистских материалов? На любые материалы созданные экстремистами (теперь это добрая половина журналистов и экспертов) или вовсе – на размещенные в экстремистских соцсетях, вроде Meta*?
Все «экстремистские материалы» вроде как должны блокироваться автоматически. Но с VPN прочитать их можно, отсюда и связка двух этих новых явлений. На первый план выходит ключевое слово «поиск», т.е. штрафовать будут не столько за доступ к таким материалам, сколько за поиск чего-то запрещенного. Прогнозируя сферу расширения всего экстремистского, по сути, речь может идти о сочетании каких-то слов и фраз, а также захода на «экстремистские» сайты. Собственно, на текущий момент градация таких изданий и организаций выглядит примерно так: иноагенты, затем нежелательные организации, затем террористы и экстремисты. Т.е. если на данный момент ряд изданий вроде Медузы* (признана нежелательной на территории РФ организацией) находятся в таком статусе, чтение их материалов не попадает под действие закона. Но все может быстро измениться.
На данный момент в списке Минюста РФ всего 5437 материала, в числе которых в основном религиозная и оскорбительная информация откуда-то из маргинальных пабликов, вроде «стихотворение «Чуда-Юда» за подписью «Николай Федоров» (решение Южно-Сахалинского городского суда от 25.10.2007). При этом всех материалов созданных людьми включенных в списке террористов и экстремистов – там нет. Непонятно, считать ли такие материалы запрещенными к поиску по умолчанию или все же придерживаться списков Минюста? Да и вообще, поиск на сайте министерства – это тоже «запрещенный поиск»?
Юристы прогнозируют, что сотрудники полиции теперь смогут массово проверять содержимое телефонов на улице, используя норму административного кодекса. Учитывая, что 50% списка Минюста – это какие-то исламистко-радикальные материалы, теперь за загугливание материалов мусульманами, вполне можно будет попасть под разбор. Вряд ли сотрудники полиции особенно разбираются в религиозных течениях, зато задержать мигрантов по новому закону до выяснения обстоятельств вполне могут. Еще четверть списка – материалы связанные с темой Украины и тут загугливание по данным вопросам тоже может встать боком. Коль уж Генпрокуратура требует признать экстремистским целое объединение хлебопеков, за возможную связь с ВСУ, то поиск рецепта хлеба от таких вот пекарей вполне может стать поводом для штрафа.
Еще один младенец, который будет выплеснут вместе с законом о запрете VPN – это российская IT-отрасль. Обход иностранных блокировок, вроде GitHub Copilot, OpenAI, админ-панели зарубежных сайтов, обновления SDK, библиотек, патчей и т.д., все это станет невозможным, а аналогов в РФ так и не создали (и пока – даже не планируют). И без того буксующая сфера, столкнувшаяся с оттоком специалистов, а также западными санкциями, получит нож в спину от собственных законодателей, запрещающих им использовать серые схемы для обхода. Возможно, что «своим» разрешат, тогда не за горами окажется появление неких «особых технических бюро» или по-простому шарашек, где некоторые запреты будут обходиться под надзором властей.
В купе с ФЗ-31, по которому госорганы и бизнес вынуждено покидают зарубежные соцсети, включая Телеграм, речь идет о тотальном взятии под контроль всего информационного пространства внутри страны. Любые зарубежные сервисы и медиа, равно как и анонимные источники потеряют возможность официально существовать в РФ. Правда, тогда они, как Иночкин из старого советского фильма, перейдут на нелегальное положение, но это – уже другая история.
Все «экстремистские материалы» вроде как должны блокироваться автоматически. Но с VPN прочитать их можно, отсюда и связка двух этих новых явлений. На первый план выходит ключевое слово «поиск», т.е. штрафовать будут не столько за доступ к таким материалам, сколько за поиск чего-то запрещенного. Прогнозируя сферу расширения всего экстремистского, по сути, речь может идти о сочетании каких-то слов и фраз, а также захода на «экстремистские» сайты. Собственно, на текущий момент градация таких изданий и организаций выглядит примерно так: иноагенты, затем нежелательные организации, затем террористы и экстремисты. Т.е. если на данный момент ряд изданий вроде Медузы* (признана нежелательной на территории РФ организацией) находятся в таком статусе, чтение их материалов не попадает под действие закона. Но все может быстро измениться.
На данный момент в списке Минюста РФ всего 5437 материала, в числе которых в основном религиозная и оскорбительная информация откуда-то из маргинальных пабликов, вроде «стихотворение «Чуда-Юда» за подписью «Николай Федоров» (решение Южно-Сахалинского городского суда от 25.10.2007). При этом всех материалов созданных людьми включенных в списке террористов и экстремистов – там нет. Непонятно, считать ли такие материалы запрещенными к поиску по умолчанию или все же придерживаться списков Минюста? Да и вообще, поиск на сайте министерства – это тоже «запрещенный поиск»?
Юристы прогнозируют, что сотрудники полиции теперь смогут массово проверять содержимое телефонов на улице, используя норму административного кодекса. Учитывая, что 50% списка Минюста – это какие-то исламистко-радикальные материалы, теперь за загугливание материалов мусульманами, вполне можно будет попасть под разбор. Вряд ли сотрудники полиции особенно разбираются в религиозных течениях, зато задержать мигрантов по новому закону до выяснения обстоятельств вполне могут. Еще четверть списка – материалы связанные с темой Украины и тут загугливание по данным вопросам тоже может встать боком. Коль уж Генпрокуратура требует признать экстремистским целое объединение хлебопеков, за возможную связь с ВСУ, то поиск рецепта хлеба от таких вот пекарей вполне может стать поводом для штрафа.
Еще один младенец, который будет выплеснут вместе с законом о запрете VPN – это российская IT-отрасль. Обход иностранных блокировок, вроде GitHub Copilot, OpenAI, админ-панели зарубежных сайтов, обновления SDK, библиотек, патчей и т.д., все это станет невозможным, а аналогов в РФ так и не создали (и пока – даже не планируют). И без того буксующая сфера, столкнувшаяся с оттоком специалистов, а также западными санкциями, получит нож в спину от собственных законодателей, запрещающих им использовать серые схемы для обхода. Возможно, что «своим» разрешат, тогда не за горами окажется появление неких «особых технических бюро» или по-простому шарашек, где некоторые запреты будут обходиться под надзором властей.
В купе с ФЗ-31, по которому госорганы и бизнес вынуждено покидают зарубежные соцсети, включая Телеграм, речь идет о тотальном взятии под контроль всего информационного пространства внутри страны. Любые зарубежные сервисы и медиа, равно как и анонимные источники потеряют возможность официально существовать в РФ. Правда, тогда они, как Иночкин из старого советского фильма, перейдут на нелегальное положение, но это – уже другая история.