Избирательная кампания стартует тихо, но инерционной она точно не будет. Среди слухов о новом правительстве, усталости z-среды и вопроса, как власть будет проводить выборы в сложной социальной и экономической ситуации, есть еще много неизвестных факторов и «черных лебедей». Сюжет обновления курса крутится не только вокруг возможной отставки Мишустина, Набиуллиной и введения плана «мобилизационной экономики», как ответа на рост цен на топливо и проблему отключений интернета.
Ранее базовый сценарий, который рисуется из рамки трех основных запросов и трех партийных ответов, выглядел достаточно просто: власть проводит выборы в режиме управляемой мобилизации, партии аккуратно занимают свои ниши, системная оппозиция спорит в дозволенных рамках, а главный результат заранее описан через стабильность и преемственность. Но сейчас этот сценарий начинает выглядеть мало реалистичным, потому, что сама среда становится слишком нервной.
Слухи о возможной смене кабинета ходят давно, но сейчас они приобретают другой смысл. Одно дело - техническое обновление перед выборами или после них, как это было в 2020 году и ранее. Такой сценарий власть использовала не раз: накопился негатив, значит, нужно заменить часть фасада и показать, что наверху «сделали выводы». И совсем другое дело - если смена правительства станет переходом к новому курсу. Например, к более жесткой мобилизационной экономике, где главной задачей будет не развитие, а перераспределение ресурсов под нужды государства, обороны и безопасности. Тогда выборы перестают быть просто кампанией партий. Они становятся голосованием о будущем режиме жизни страны. И кажется, что убедить усталое общество в очередной раз затянуть пояса и потерпеть, будет сильно сложнее.
Второй фактор - бытовые «черные лебеди». Подорожание и дефицит топлива, отключения интернета, проблемы с логистикой, перебои в привычных сервисах - все это может казаться техническими вопросами. Но для избирателя политика начинается не с программ, а с ощущения нормальности. Если бензин дорожает - это политика. Если интернет отключают «по соображениям безопасности» - это политика. Если поездка, работа, учеба, бизнес, доставка или связь с близкими становятся сложнее - это тоже политика. И чем больше таких сбоев, тем труднее власти проводить кампанию с претензией быть гарантом этой стабильности.
Третий фактор – ощущение неминуемых потрясений. Это не просто нервозность элит, которые живут в условиях неопределенности и пытаются угадать очередную развилку. Власть вынуждена будет решать задачу контроля над средой, так что к 20 сентября может подойти в каком-то ином климате. Если это будет климат управляемой стабильности, партии будут соревноваться за ниши. Если это будет климат тревоги, дефицитов и ограничений, партии будут вынуждены отвечать на запрос людей о решении этих проблем. Если это будет климат мобилизационного разворота, то вся кампания станет референдумом без референдума - о переходе в режим перманентного чрезвычайного положения.
Именно поэтому нынешние выборы в Госдуму могут оказаться не проходной кампанией, а тестом на устойчивость всей политической конструкции. Конечно, этого мало кто хочет, все бы предпочли провести их максимально инерционно, поборовшись за небольшие участки контроля и свобод. Но сама жизнь, похоже, выталкивает ситуацию из инерции.
Ранее базовый сценарий, который рисуется из рамки трех основных запросов и трех партийных ответов, выглядел достаточно просто: власть проводит выборы в режиме управляемой мобилизации, партии аккуратно занимают свои ниши, системная оппозиция спорит в дозволенных рамках, а главный результат заранее описан через стабильность и преемственность. Но сейчас этот сценарий начинает выглядеть мало реалистичным, потому, что сама среда становится слишком нервной.
Слухи о возможной смене кабинета ходят давно, но сейчас они приобретают другой смысл. Одно дело - техническое обновление перед выборами или после них, как это было в 2020 году и ранее. Такой сценарий власть использовала не раз: накопился негатив, значит, нужно заменить часть фасада и показать, что наверху «сделали выводы». И совсем другое дело - если смена правительства станет переходом к новому курсу. Например, к более жесткой мобилизационной экономике, где главной задачей будет не развитие, а перераспределение ресурсов под нужды государства, обороны и безопасности. Тогда выборы перестают быть просто кампанией партий. Они становятся голосованием о будущем режиме жизни страны. И кажется, что убедить усталое общество в очередной раз затянуть пояса и потерпеть, будет сильно сложнее.
Второй фактор - бытовые «черные лебеди». Подорожание и дефицит топлива, отключения интернета, проблемы с логистикой, перебои в привычных сервисах - все это может казаться техническими вопросами. Но для избирателя политика начинается не с программ, а с ощущения нормальности. Если бензин дорожает - это политика. Если интернет отключают «по соображениям безопасности» - это политика. Если поездка, работа, учеба, бизнес, доставка или связь с близкими становятся сложнее - это тоже политика. И чем больше таких сбоев, тем труднее власти проводить кампанию с претензией быть гарантом этой стабильности.
Третий фактор – ощущение неминуемых потрясений. Это не просто нервозность элит, которые живут в условиях неопределенности и пытаются угадать очередную развилку. Власть вынуждена будет решать задачу контроля над средой, так что к 20 сентября может подойти в каком-то ином климате. Если это будет климат управляемой стабильности, партии будут соревноваться за ниши. Если это будет климат тревоги, дефицитов и ограничений, партии будут вынуждены отвечать на запрос людей о решении этих проблем. Если это будет климат мобилизационного разворота, то вся кампания станет референдумом без референдума - о переходе в режим перманентного чрезвычайного положения.
Именно поэтому нынешние выборы в Госдуму могут оказаться не проходной кампанией, а тестом на устойчивость всей политической конструкции. Конечно, этого мало кто хочет, все бы предпочли провести их максимально инерционно, поборовшись за небольшие участки контроля и свобод. Но сама жизнь, похоже, выталкивает ситуацию из инерции.