Министр экономразвития Решетников: Резервы в российской экономике исчерпаны. Макроэкономическая ситуация сложнее, чем в последние годы. Это происходит на фоне укрепления рубля, высоких процентных ставок, дефицита кадров и бюджетных ограничений.

Повысить ставки ЦБ до небес, подавить все инвестиции, поднять налоги, начать «обелять» экономику, по пути «замочив» Telegram, а потом получить «отрицательный экономический рост» и удивляться, что же «они не рожают»?

На графике представлен взгляд американских ведомств на взаимосвязь долгосрочного экономического роста с ростом населения в США. Высокие темпы роста ВВП соответствуют увеличению населения, низкие темпы роста — плачевной демографии. Модель несложная: если в стране живется хорошо, а жизнь становится лучше, то и население растет. Пусть не за счет естественного прироста, но хотя бы за счет притока мигрантов.

С одной стороны, можно оспорить представленную модель. Тот же Китай продемонстрировал чудеса экономического развития, но получил резкое падение рождаемости. Аналогичные демографические переходы пережили Япония, Корея, страны Европы. То есть реальная жизнь несколько сложнее, чем американские экономико-демографические модели.

С другой — не только экономика влияет на демографию, но и культурные особенности общества, социальная политика, современная история, внешние и внутренние переменные факторы и т.д. То есть, кроме экономики есть и отличительные особенности каждой страны.

Но на взаимосвязь демографии и экономики можно смотреть и с другой стороны: если нет роста населения и оно стареет, то устойчивого экономического роста точно не будет. Примеры «зомби-экономик» современности — Японии, Италии, Греции — подтверждают этот тезис. Поэтому связь между экономикой и демографией существует и она очень крепкая.

Происходящие сегодня в России «тихие» реформы — установление цифрового контроля за обществом (финансового, налогового, коммуникационного, торгового) и запрет всего, что государство не может контролировать — уже привели к крайне печальным последствиям: резкому замедлению экономического роста. При этом затормозить и поломать экономику легко, а вот разогнать ее крайне сложно. И эти два-три потерянных экономических года уже нанесли демографический удар по государству. Через пять-семь лет подобных экспериментов проблема будет еще больнее и острее, а развернуть негативные тренды намного сложнее.

Кабмин, реализующий политику нативного внедрения цифрового диктата в России, уже получил обратную связь ( в том числе и через падающие рейтинги): общество плохо принимает предлагаемые реформы, но упорствует. Ведь чиновники не могут ошибаться.

Цена этих ошибок — не настоящее страны, а ее будущее. Актуальные темпы экономического роста намного важнее цифр в гроссбухах. Они говорят о том, будет ли существовать Россия в будущем. И с этой точки зрения плата за сегодняшние неверные решения (запреты, рост налогового бремени, «обеления», неадекватную ДКП) крайне высока.