Сегодня по случаю посетил в Коляда-театре спектакль "Карл Маркс. "Капитал"" , поставленный московской студией "Среда 21" по пьесе Алексея Цветкова и Нади Кубайлат. А. Цветков - известный поп-марксист, борец против "общества потребления" и многообразных империализмов, автор проекта "Читаем "Капитал" вместе". Я знал, на что шёл и увиденное полностью оправдало мои ожидания.
Вначале спектакля зритель увидел сцену, хаотически заваленную вещами. Я так понял, это должно было иллюстрировать первую фразу первого тома "Капитала": «Богатство обществ, в которых господствует капиталистический способ производства, выступает как “огромное скопление товаров”». Мне сразу захотелось сообщить А. Цветкову и Н. Кубайлат: товар по Марксу - это не только вещь, но тут появился актёр и начал выносить все вещи со сцены. Вынес. Потом он начал их приносить обратно и сцена снова наполнилась.
Всё. Это весь спектакль, растянутый на один час двадцать минут.
Правда, в ходе этих манипуляций с вещами актер почти без умолку говорил и даже рисовал мелом на доске. Что он говорил? У меня сложилось впечатление, будто авторы пьесы достали свои старые студенческие конспекты, стряхнули с них пыль и, ничего не меняя, заставили актера их озвучить. Изложено было все по порядку: что такое товар, что такое стоимость, что выступает мерилом стоимости, что такое деньги и почему возникают кризисы перепроизводства. Чтобы зритель не сдох со скуки (он всё-таки пришёл в театр, а не на академическую лекцию), все это изложение сопровождалось кривлянием актера и читалось им с подчеркнутым, нарочитым пафосом. Он то и дело глубокомысленно повторял, замыкая тот или иной Марксов сюжет: "Если вы поняли это в "Капитале", значит, вы поняли в нем почти всё. Но не всё." Актерские реплики и ужимки вызывали комический эффект и зритель покатывался со смеху. За все время спектакля о современности было сказано только то, что доллар был отвязан от золота в 1971 году. Выстроенная на этом экономика была названа "постмодернистской шизофренией". Этим, я так понимаю, знание современности у авторов ограничивается.
После политэкономических штудий актер рассказал анекдот про Дэвида Линча и Наоми Кемпбелл. На этом спектакль закончился и ззрительный зал встал, апплодируя (зал, кстати, был набит битком).
Что это? Что нам преподнесли? С какой целью? Если Цветков и Кубайлат ставили перед собой просветительские цели, то зачем кривляние актера и издевательские нотки в его репликах? Если своей целью авторы, как бравые постмодернисты, ставили ниспровержение "большой теории" Маркса, то глупых ужимок и клоунады для этого маловато.
Когда я вышел на улицу, в голове моей всплыла давно мною перефразированная фраза Хантера С. Томаса: "Единственное что вызывало у меня опасение - это поп-марксизм. Нет ничего более беспомощного, безответственного и испорченного, чем поп-марксизм. Я знал, что рано или поздно общество перейдет на эту дрянь».
Увы.
Вначале спектакля зритель увидел сцену, хаотически заваленную вещами. Я так понял, это должно было иллюстрировать первую фразу первого тома "Капитала": «Богатство обществ, в которых господствует капиталистический способ производства, выступает как “огромное скопление товаров”». Мне сразу захотелось сообщить А. Цветкову и Н. Кубайлат: товар по Марксу - это не только вещь, но тут появился актёр и начал выносить все вещи со сцены. Вынес. Потом он начал их приносить обратно и сцена снова наполнилась.
Всё. Это весь спектакль, растянутый на один час двадцать минут.
Правда, в ходе этих манипуляций с вещами актер почти без умолку говорил и даже рисовал мелом на доске. Что он говорил? У меня сложилось впечатление, будто авторы пьесы достали свои старые студенческие конспекты, стряхнули с них пыль и, ничего не меняя, заставили актера их озвучить. Изложено было все по порядку: что такое товар, что такое стоимость, что выступает мерилом стоимости, что такое деньги и почему возникают кризисы перепроизводства. Чтобы зритель не сдох со скуки (он всё-таки пришёл в театр, а не на академическую лекцию), все это изложение сопровождалось кривлянием актера и читалось им с подчеркнутым, нарочитым пафосом. Он то и дело глубокомысленно повторял, замыкая тот или иной Марксов сюжет: "Если вы поняли это в "Капитале", значит, вы поняли в нем почти всё. Но не всё." Актерские реплики и ужимки вызывали комический эффект и зритель покатывался со смеху. За все время спектакля о современности было сказано только то, что доллар был отвязан от золота в 1971 году. Выстроенная на этом экономика была названа "постмодернистской шизофренией". Этим, я так понимаю, знание современности у авторов ограничивается.
После политэкономических штудий актер рассказал анекдот про Дэвида Линча и Наоми Кемпбелл. На этом спектакль закончился и ззрительный зал встал, апплодируя (зал, кстати, был набит битком).
Что это? Что нам преподнесли? С какой целью? Если Цветков и Кубайлат ставили перед собой просветительские цели, то зачем кривляние актера и издевательские нотки в его репликах? Если своей целью авторы, как бравые постмодернисты, ставили ниспровержение "большой теории" Маркса, то глупых ужимок и клоунады для этого маловато.
Когда я вышел на улицу, в голове моей всплыла давно мною перефразированная фраза Хантера С. Томаса: "Единственное что вызывало у меня опасение - это поп-марксизм. Нет ничего более беспомощного, безответственного и испорченного, чем поп-марксизм. Я знал, что рано или поздно общество перейдет на эту дрянь».
Увы.