В поздних работах Абрахама Маслоу появляется идея, которая кажется мне интереснее знаменитой пирамиды потребностей.
Описывая самоактуализирующихся людей, Маслоу замечал их особую способность быть центрированными на реальности, а не на себе.
Такой человек способен воспринимать реальность не только через вопрос о том, насколько она соответствует его ожиданиям.
Он лучше выдерживает неопределенность, противоречие, неоднозначность, и меньше нуждается в том, чтобы незаметно перестраивать картину мира под собственные психологические потребности.
Здесь важна еще одна дистинкция Маслоу: между дефицитарной мотивацией (deficiency motivation, D-motivation) и бытийной мотивацией (Being-motivation, B-motivation).
В первом случае мое отношение к миру организовано нехваткой: мне нужны безопасность, признание, принадлежность, контроль, подтверждение собственной ценности, и поэтому реальность неизбежно воспринимается через призму того, что она может мне дать или чего может меня лишить.
При B-motivation отношение меняется. Человек способен интересоваться чем-то потому, что оно обладает ценностью само по себе. ❗️ Истина может быть интересна потому, что она истинна, проблема - потому, что она заслуживает понимания, другой человек - потому что он иной.
В какой-то момент самоактуализация, которую обычно воспринимают как вершину модели Маслоу, постепенно перестала казаться ему конечной точкой человеческого развития. За ней обнаруживалась еще одно движение - самотрансценденция - способность человека ориентироваться на нечто, что превосходит его самого - истину, красоту, справедливость, знание, задачу, служение, Бытие.
Получается последовательность:
1. Мне нужно, чтобы реальность удовлетворяла мои потребности ➡️ 2. Я хочу понять себя ➡️ 3. Я хочу реализовать себя ➡️4. Я способен перестать быть центром собственной картины мира.
БОльшая часть современной культуры развития человека построена вокруг первых трех движений. Но все это по-прежнему оставляет “я” высшим критерием реальности.
Более радикальное развитие - способность допустить, что мои ценности могут оказаться сомнительными, а желания не заслуживающими исполнения.
То есть позволить реальности, другому человеку, аргументу или противоречию поставить меня под вопрос. В этом смысле высшей формой автономии оказывается способность освобождаться от самого себя.
Описывая самоактуализирующихся людей, Маслоу замечал их особую способность быть центрированными на реальности, а не на себе.
Такой человек способен воспринимать реальность не только через вопрос о том, насколько она соответствует его ожиданиям.
Он лучше выдерживает неопределенность, противоречие, неоднозначность, и меньше нуждается в том, чтобы незаметно перестраивать картину мира под собственные психологические потребности.
Здесь важна еще одна дистинкция Маслоу: между дефицитарной мотивацией (deficiency motivation, D-motivation) и бытийной мотивацией (Being-motivation, B-motivation).
В первом случае мое отношение к миру организовано нехваткой: мне нужны безопасность, признание, принадлежность, контроль, подтверждение собственной ценности, и поэтому реальность неизбежно воспринимается через призму того, что она может мне дать или чего может меня лишить.
При B-motivation отношение меняется. Человек способен интересоваться чем-то потому, что оно обладает ценностью само по себе. ❗️ Истина может быть интересна потому, что она истинна, проблема - потому, что она заслуживает понимания, другой человек - потому что он иной.
В какой-то момент самоактуализация, которую обычно воспринимают как вершину модели Маслоу, постепенно перестала казаться ему конечной точкой человеческого развития. За ней обнаруживалась еще одно движение - самотрансценденция - способность человека ориентироваться на нечто, что превосходит его самого - истину, красоту, справедливость, знание, задачу, служение, Бытие.
Получается последовательность:
1. Мне нужно, чтобы реальность удовлетворяла мои потребности ➡️ 2. Я хочу понять себя ➡️ 3. Я хочу реализовать себя ➡️4. Я способен перестать быть центром собственной картины мира.
БОльшая часть современной культуры развития человека построена вокруг первых трех движений. Но все это по-прежнему оставляет “я” высшим критерием реальности.
Более радикальное развитие - способность допустить, что мои ценности могут оказаться сомнительными, а желания не заслуживающими исполнения.
То есть позволить реальности, другому человеку, аргументу или противоречию поставить меня под вопрос. В этом смысле высшей формой автономии оказывается способность освобождаться от самого себя.