ФИНАЛЬНАЯ ЧАСТЬ СПОНТАННОЙ ТРИЛОГИИ ОБ АЙДОЛАХ В РОССИЙСКОЙ РЕКЛАМЕ
Правила насыщенного антропологического описания требуют уточнить: однобоко утверждать, будто эта акция в "Пятерочке" не понравилась абсолютно всем.
Под сохранившимися в сети фотографиями можно найти множество комментариев в духе: «Мне это нужно!!!», «Где такое найти?», «Почему в нашем городе такого нет?», «Почему вообще кто-то почувствовал себя ущемлённым?».
Разница реакций неудивительна: фандом объединяет множество людей, и говорить о некоем «среднестатистическом фанате» затруднительно. Просто одни мнения неизбежно оказываются более заметными - по стечению обстоятельства или потому, что их действительно разделяет большинство.
В одних случаях расхождение во мнениях можно объяснить индивидуальным опытом, ценностями и жизненными обстоятельствами отдельных фанатов. В других - более широкими социальными и культурными условиями. В конце концов, речь идет не о K-pop фандоме в вакууме, а о фандоме, существующем в российском контексте.
Так, многие комментаторы отмечали, что не видят ничего плохого в неофициальном использовании образа айдолов в рекламе "Пятерочки". И это легко понять, если заглянуть в историю K-pop фандома в России. Первые товары, связанные с K-pop, зачастую распространялись именно неофициально - печатались принты на кружках и футболках, распечатывались плакаты, музыка с дисков выкладывалась в общий доступ. Такие практики внесли вклад в складывание местного сообщества, развитие интереса к жанру и его доступность в целом. Да и сейчас при желании можно заказать какой угодно неофициальный мерч, а K-pop пати или кафе не обходятся без ростовых фигур айдолов, распечатанных карточек и многого другого мерча.
Значимость такого "браконьерства"(в терминологии Г.Дженкинса) для российского K-pop фандома сложно переоценить. Особенно учитывая то, что корейские музыкальные агентства вообще долго упорно игнорировали российский рынок и не прикладывали усилия для контакта с российской аудиторией.
Поэтому закономерной реакцией для многих фанатов на акцию "Пятерочки" становится радость от того, что в принципе появилось в доступе что-то связанное с тем, что им дорого и интересно, а не размышления об интересах далёких и безразличных к ним иностранных корпораций. Однако в таких условиях именно факт официальной коллаборации был бы для многих поклонников куда более значимым, чем подобные фотозоны из фотошопа. Он мог бы стать символом того, что российскую аудиторию наконец заметили и признали частью глобального фандома.
P.s. И, конечно, одно дело - небольшой фанатский бизнес (кафе или вечеринки), который возникает внутри сообщества и служит поводом объединить людей из фандома и выразить общий интерес. Совсем другое - крупная федеральная компания, которая пытается извлечь прибыль из популярности K-pop, при этом имея все возможности оформить сотрудничество официально. Да и время другое: современный K-pop - это не малоизвестный жанр из страны Восточной Азии, а глобальный бизнес , сопровождаемый юридическими отделами и активной защитой интеллектуальной собственности.
Правила насыщенного антропологического описания требуют уточнить: однобоко утверждать, будто эта акция в "Пятерочке" не понравилась абсолютно всем.
Под сохранившимися в сети фотографиями можно найти множество комментариев в духе: «Мне это нужно!!!», «Где такое найти?», «Почему в нашем городе такого нет?», «Почему вообще кто-то почувствовал себя ущемлённым?».
Разница реакций неудивительна: фандом объединяет множество людей, и говорить о некоем «среднестатистическом фанате» затруднительно. Просто одни мнения неизбежно оказываются более заметными - по стечению обстоятельства или потому, что их действительно разделяет большинство.
В одних случаях расхождение во мнениях можно объяснить индивидуальным опытом, ценностями и жизненными обстоятельствами отдельных фанатов. В других - более широкими социальными и культурными условиями. В конце концов, речь идет не о K-pop фандоме в вакууме, а о фандоме, существующем в российском контексте.
Так, многие комментаторы отмечали, что не видят ничего плохого в неофициальном использовании образа айдолов в рекламе "Пятерочки". И это легко понять, если заглянуть в историю K-pop фандома в России. Первые товары, связанные с K-pop, зачастую распространялись именно неофициально - печатались принты на кружках и футболках, распечатывались плакаты, музыка с дисков выкладывалась в общий доступ. Такие практики внесли вклад в складывание местного сообщества, развитие интереса к жанру и его доступность в целом. Да и сейчас при желании можно заказать какой угодно неофициальный мерч, а K-pop пати или кафе не обходятся без ростовых фигур айдолов, распечатанных карточек и многого другого мерча.
Значимость такого "браконьерства"(в терминологии Г.Дженкинса) для российского K-pop фандома сложно переоценить. Особенно учитывая то, что корейские музыкальные агентства вообще долго упорно игнорировали российский рынок и не прикладывали усилия для контакта с российской аудиторией.
Поэтому закономерной реакцией для многих фанатов на акцию "Пятерочки" становится радость от того, что в принципе появилось в доступе что-то связанное с тем, что им дорого и интересно, а не размышления об интересах далёких и безразличных к ним иностранных корпораций. Однако в таких условиях именно факт официальной коллаборации был бы для многих поклонников куда более значимым, чем подобные фотозоны из фотошопа. Он мог бы стать символом того, что российскую аудиторию наконец заметили и признали частью глобального фандома.
P.s. И, конечно, одно дело - небольшой фанатский бизнес (кафе или вечеринки), который возникает внутри сообщества и служит поводом объединить людей из фандома и выразить общий интерес. Совсем другое - крупная федеральная компания, которая пытается извлечь прибыль из популярности K-pop, при этом имея все возможности оформить сотрудничество официально. Да и время другое: современный K-pop - это не малоизвестный жанр из страны Восточной Азии, а глобальный бизнес , сопровождаемый юридическими отделами и активной защитой интеллектуальной собственности.