В фильме Стэнли Кубрика «Доктор Стрейнджлав, или Как я научился не волноваться и полюбил атомную бомбу» (1963 года, сейчас он не выглядит комедийным), генерал Бак Терджидсон в зале для важных совещаний предлагает «разделаться с СССР», воодушевленно предполагая, что первый удар американцев уничтожит девяносто процентов советских ракет, а оставшиеся убьют «лишь десять, двадцать миллионов». И из того же зала по телефону он разговаривает с симпатичной любовницей-секретаршей и обещает скоро вернуться к ней. Как будто в нем живут два человека, и их миры логически не соприкасаются, как будто мир «на работе», на войне кажется виртуальным, понарошечным. А ведь именно в нем произойдет то, что сделает невозможным его возвращение в постель к любимой.

Переключение между мирами-действительностями происходит, например, между человеком в индивидуальном качестве и человеком коллективным, человеком в разных социальных ролях. Правила мышления и игры, принятые на работе, сильно отличаются от того, что он может думать и чувствовать вне. Мне приходилось беседовать со знакомыми на позициях внутри медиа и административной системы, которые в частных беседах ясно отдавали себе отчет в том, что войну начинать не стоило и идет она не так, как хотелось бы руководству, но внутри социальной роли поддерживают бравурный дискурс. Если судить по частным беседам, то создается впечатление, что украинская война почти никому в России не по нраву. Но внутри роли все выполняют свою работу, и никто не решается сказать что-то неприятное начальству.