White is Right

​​Китай не отмечает текущего 40-летия. Эту драму не положено вспоминать. 1986-й: завершение трёхлетней кампании Яньда — Жестокий удар. Дэн Сяопин не был лицемером и не скрывал сути: «Приговоры должны быть суровыми, казни — быстрыми. Жестокий удар укрепит партию. Это и есть диктатура».

Волна китайской преступности начала 1980-х не чета российской десятилетие спустя. Привокзальные и припортовые кварталы. Промзонные трущобы мегаполисов. Толкучки вокруг бильярдных и кинотеатров. Здесь рулили молодёжные банды — Хуньхунь. Грабежи, налёты, вымогательство. Страх перед КПК отсутствовал напрочь: хуньхуни регулярно атаковали казённые кассы и склады, захватывали оружие, нападали на полицейских, расправлялись с партийными чиновниками. В деревнях криминал был глубже, протягивался в веках. Навыки контрабанды и фальшивомонетничества передавались поколениями. Как способ жизни без императоров, председателей и генсеков. Луху — «дорожные тигры»: грабежи государственных транспортов на провинциальных магистралях. Шуйбао — «водные леопарды»: пацанва из рыбацких деревень на катерах с морской контрабандой. Короче: Сюнди — «наши парни».

Универсальный культ верности — Ици: «Лаода наш отец, все мы братья и сёстры». Непременное дополнение: «Государство — враг, чиновник — вор». Этим обычно идеология и ограничивалась. В общем-то достаточно. Но нередок бывал антикоммунистический национал-патриотизм гоминьдановского толка. Особенно на прибрежном юго-востоке, поближе к Тайваню, ВАКЛ и лично генералиссимусу Чан Кайши. Или наоборот, группировались под ортодоксальными знамёнами: «Дэн предал Мао! Возродим истинную коммуну!» Против власти умудрялись сотрудничать.

А то и просто: «Однова живём!» По-китайски это формулировалось: Тху гэ тхун-кхуай — «Быстро, но красиво», или «Ради мига кайфа». «Опора на бродяг — они не боятся смерти», — вещал никто иной, как Председатель Мао. Это многое объясняет в поведенческих кодах китайского криминалитета. Даже доныне. Такое перенять трудно.

Контркультура братвы. Западное и гонконгское кино. Тайваньская музыка. Тюремный шансон. Поразительно похожий на русский: слёзы матери, разлуки с любимой, «строят новый забор метров пять». Танго и медленные парные танцы на подпольных дискотеках. В культ вошла тайваньская певица Тереза Тенг, она же Дэн Лицзюнь: «Днём правит старый Дэн, ночью Дэн молодая!»

По Китаю развернулся комплекс специальных военных операций. Братва отбивалась. Крупные очаги подавлялись массированными соединениями МОБ, НВП и НОАК. «Арестовать большое количество. Приговорить большое количество. Аннулировать большое количество городских квартирных регистраций», — значилось в директиве от 25.08.83. Всевластный Чжуннаньхай, мандарины-ганьбу укрощали голытьбу-цаоминей. Огнём, мечом и дыбой. Пулями на стадионах. Уголовкой за разврат. Отменой квартирных регистраций.

Сорок лет назад подводились итоги. Около 30 тысяч расстрелов. 1,77 млн арестованных. 1,1 млн в тюрьмах, более 320 тысяч в лагерях. Около 300 тысяч отделались штрафами. Кое-кого даже отпускали. Нечасто, но и такое случалось.

Вместе с бандами пошли под топор автономные молодежные союзы, кассы взаимопомощи, подпольные артели. Правящий класс устранил опасность низовой альтернативы. Так, по крайней мере, казалось хозяевам КНР.

…Наступает Тяньаньмэнь 1989-го. Вновь Дэн Сяопин принимает кровавое решение. Независимая ассоциация пекинских рабочих вступает в ночной бой с НОАК. Сотни убитых на площади. Четырнадцать смертных приговоров. Номенклатура КПК классово мстит за пережитый страх.

На канонической фотографии — рабочий Линь Чжаожун. Твёрдое выражение лица. Сделал то, что сделал. Готов ответить. Это лицо Китая. Рабочий, а не хуньхунь. Но и — боец, а не жертва.

Филолог Михаил Павловец о том, как льготы и олимпиады вытесняют ЕГЭ и разрушают равенство возможностей при поступлении в вузы:

Пишут, в целом ряде вузов олимпиадники и льготники (самых разных, в том числе и недавно введенных категорий) заняли все места - и даже 100-балльники ЕГЭ лишены возможности поступления на бюджетные места. К ЕГЭ можно по-разному относиться, но при всех его недостатках он довольно надежно гарантировал равенство возможностей для самых разных категорий абитуриентов. Чего не скажешь про Олимпиады и так называемые ДВИ - дополнительные вступительные испытания, право на которые получили отдельные специальности «блатных» вузов вроде МГУ, СПбГУ или МГИМО. Что касается Олимпиад - помню, как на объявлении победителей в одном старинном русском городе, гордящемся тем, что он является одной из «литературных столиц России», члены жюри вдруг узнали, что дипломы победителей будет вручать замгубернатора (обычно это прерогатива председателя жюри). Замгубернатора произнес зажигательную речь, почему-то посвященную героизму защитников здешней земли от немецко-фашистских захватчиков, после чего начал вручение наград, причем в его списке оказался юноша, который точно не должен был там оказаться… После окончания мероприятия председатель пошел писать жалобу на адрес Министерства - и жалоба возымела свое действие: это был последний год его председательства…
Думаю, любой, кто участвовал в олимпийском движении, может рассказать немало случаев, когда Олимпиады используются для проведения в дамки «своих» детишек… Конечно, по крайней мере в известных мне предметных Олимпиадах это не было массовым явлением, но следует констатировать факт: несовершенный ЕГЭ, одержимый идеей равенства, проиграл прекрасным Олимпиадам вкупе с благородными льготами, то есть проиграл идее неравенства возможностей (хотя бы потому, что всегда были регионы, от которых не приезжало ни одного участника - не было средств). Ещё одно мучительное завоевание «лихих 90-х» и «патриотических 00-х» кануло в Лету…

@ejdailyru