Мастер пера @master_pera специально для Друида @wisedruidd
Время такое, что даже самый очевидный внутренний вопрос в конце концов упирается в геополитические вызовы. Депутат Заксобрания Забайкальского края Александр Михайлов, например, разглядел в нападениях бродячих собак на российскую детвору длинные руки зарубежных спецслужб, которые, не иначе, осуществили специальную притравку четвероногих для усиления социального напряжения и дестабилизации.
Конечно, одно дело – муторный процесс регулирования взаимоотношений с животными и наведение порядка на улицах городов, и совсем другое – противодействие Западу на "собачьем" фронте.
Чем глубже разгорается конфликт между российским руководством и внешними партнёрами по поводу Украины, тем больше соблазн использовать его отголоски для решения внутренних проблем, нажить на нём политический капитал, а то и банально заработать.
Турбулентность рынков, которой сопровождается нынешняя фаза противостояния, кому-то осложняет жизнь и бизнес, а для кого-то открывает новые возможности. Время сенокоса наступило нынче и для тех политических деятелей, которые ещё недавно казались забытыми и потерявшими актуальность, а теперь вдруг активно оседлали новую волну. Военные – и те мерзнут на полигонах близ Украины не просто так, а за "полевые" надбавки.
Конечно, для политического руководства ситуация несёт немалые риски, но вместе с тем и мобилизует систему, вычленяет из неё неустойчивые элементы, позволяет разглядеть, кто друг, кто – враг, а кто – так. Свои выгоды от предгрозовой обстановки имеют и оппоненты, и, похоже, не в пример больше российских коллег.
Сторонники консолидации прежде рыхлого и разрозненного Запада наконец получили вожделенное единство в рядах, "ястребы" иностранных ВПК потирают руки в преддверии увеличения бюджетов. С надеждой стал глядеть в будущее и украинский президент Владимир Зеленский, который было совсем приуныл на фоне сгущающихся туч во внутренних делах, но теперь рассчитывает на консолидацию нации перед общей угрозой, а , значит, и на продолжение так полюбившейся ему роли высокого государственного мужа.
В свою очередь, Украина получает от Запада не только вооружение и полевые госпитали, но и внеплановую финансовую помощь с обещаниями и дальнейшей о ней заботы в новых, ранее небывалых масштабах.
Мир на этом внезапно вспыхнувшем геополитическом кризисе пришёл в движение, попутно стряхивая с себя остатки пандемии и переходя в такое возбуждённое состояние, которое, возможно, только и способно излечить от прежних хворей.
Понятно, что столь сильное лекарство да в таких лошадиных дозах ведёт к интоксикации, последствия которой могут оказаться куда опаснее всех вместе взятых волн коронавирусной инфекции. Поэтому всем пациентам, участвующим в нынешнем врачебном эксперименте с предвоенной встряской, полагалось бы находиться под круглосуточным наблюдением и контролем, чтобы не выйти за рамки и не перейти "красных линий".
Но в том-то и беда, что бенефициаров январского кризиса хватает, а в контролёрах ощущается недостаток, и в этом и заключаются основные риски сложившейся ситуации.
Время такое, что даже самый очевидный внутренний вопрос в конце концов упирается в геополитические вызовы. Депутат Заксобрания Забайкальского края Александр Михайлов, например, разглядел в нападениях бродячих собак на российскую детвору длинные руки зарубежных спецслужб, которые, не иначе, осуществили специальную притравку четвероногих для усиления социального напряжения и дестабилизации.
Конечно, одно дело – муторный процесс регулирования взаимоотношений с животными и наведение порядка на улицах городов, и совсем другое – противодействие Западу на "собачьем" фронте.
Чем глубже разгорается конфликт между российским руководством и внешними партнёрами по поводу Украины, тем больше соблазн использовать его отголоски для решения внутренних проблем, нажить на нём политический капитал, а то и банально заработать.
Турбулентность рынков, которой сопровождается нынешняя фаза противостояния, кому-то осложняет жизнь и бизнес, а для кого-то открывает новые возможности. Время сенокоса наступило нынче и для тех политических деятелей, которые ещё недавно казались забытыми и потерявшими актуальность, а теперь вдруг активно оседлали новую волну. Военные – и те мерзнут на полигонах близ Украины не просто так, а за "полевые" надбавки.
Конечно, для политического руководства ситуация несёт немалые риски, но вместе с тем и мобилизует систему, вычленяет из неё неустойчивые элементы, позволяет разглядеть, кто друг, кто – враг, а кто – так. Свои выгоды от предгрозовой обстановки имеют и оппоненты, и, похоже, не в пример больше российских коллег.
Сторонники консолидации прежде рыхлого и разрозненного Запада наконец получили вожделенное единство в рядах, "ястребы" иностранных ВПК потирают руки в преддверии увеличения бюджетов. С надеждой стал глядеть в будущее и украинский президент Владимир Зеленский, который было совсем приуныл на фоне сгущающихся туч во внутренних делах, но теперь рассчитывает на консолидацию нации перед общей угрозой, а , значит, и на продолжение так полюбившейся ему роли высокого государственного мужа.
В свою очередь, Украина получает от Запада не только вооружение и полевые госпитали, но и внеплановую финансовую помощь с обещаниями и дальнейшей о ней заботы в новых, ранее небывалых масштабах.
Мир на этом внезапно вспыхнувшем геополитическом кризисе пришёл в движение, попутно стряхивая с себя остатки пандемии и переходя в такое возбуждённое состояние, которое, возможно, только и способно излечить от прежних хворей.
Понятно, что столь сильное лекарство да в таких лошадиных дозах ведёт к интоксикации, последствия которой могут оказаться куда опаснее всех вместе взятых волн коронавирусной инфекции. Поэтому всем пациентам, участвующим в нынешнем врачебном эксперименте с предвоенной встряской, полагалось бы находиться под круглосуточным наблюдением и контролем, чтобы не выйти за рамки и не перейти "красных линий".
Но в том-то и беда, что бенефициаров январского кризиса хватает, а в контролёрах ощущается недостаток, и в этом и заключаются основные риски сложившейся ситуации.