В фейсбуке снова кипят споры о проституции, на фоне встреч феминисток и Ирины Масловой из «Серебряной розы». Есть мнение, что эта организация спонсируется международными сутенерами, но у меня нет точных доказательств, поэтому буду считать, что они действительно борются за жизни проституток. Мне жаль, что аргументы часто сводятся к «феминистки стигматизируют секс-работниц», потому что вообще-то решаем мы одну и ту же проблему.
Хотя нет, проблемы две. С одной стороны, уже есть действующие проститутки и надо бы им прямо сейчас помочь. С насилием, с инфекциями, с общественным призрением. А в нашей стране еще и с беспределом полицейских, потому что они реальная опасность для проституируемых женщин, да и мужчин. При таком раскладе легализация действительно видится выходом. Полицейские и общество ведь не нападают на офис-менеджеров, так давайте сделаем проституток такими же офис-менеджерами по закону.
Но есть и другая проблема – это система вовлечения в проституцию, удержания в ней. И вопрос добровольности выбора весьма философский и не значительный в этом контексте. Проституция, как институт, прости господи, сильно влияет на отношение к женщинам в целом. И если я как женщина допускаю, что к каким-то другим женщинам можно относиться как к вещи, покупать, продавать, делать, что вздумается, то вообще-то такой мир сильно опасен для меня лично. Потому что на женщинах не написано проститутки они или нет. Т.е. человек, чаще мужчина, который считает покупку людей приемлемой, может и меня посчитать проституткой, а значит и со мной захотеть делать, что вздумается, главное с ценой определиться. Мы в массовой культуре это и видим - "все бабы продажные", «женщинам нужны только деньги» и т.п.
Поэтому феминистки, по большей части, выступают против проституции, как явления, и за указание покупателям, что они совершают зло. А Маслова помогает конкретным девушкам прямо сейчас, что тоже хорошо и очень нужно. В итоге люди, которые вообще-то на одной стороне, ссорятся, считая друг друга за врагов, а покупатели и сутенеры продолжают делать, что делают.
Хотя нет, проблемы две. С одной стороны, уже есть действующие проститутки и надо бы им прямо сейчас помочь. С насилием, с инфекциями, с общественным призрением. А в нашей стране еще и с беспределом полицейских, потому что они реальная опасность для проституируемых женщин, да и мужчин. При таком раскладе легализация действительно видится выходом. Полицейские и общество ведь не нападают на офис-менеджеров, так давайте сделаем проституток такими же офис-менеджерами по закону.
Но есть и другая проблема – это система вовлечения в проституцию, удержания в ней. И вопрос добровольности выбора весьма философский и не значительный в этом контексте. Проституция, как институт, прости господи, сильно влияет на отношение к женщинам в целом. И если я как женщина допускаю, что к каким-то другим женщинам можно относиться как к вещи, покупать, продавать, делать, что вздумается, то вообще-то такой мир сильно опасен для меня лично. Потому что на женщинах не написано проститутки они или нет. Т.е. человек, чаще мужчина, который считает покупку людей приемлемой, может и меня посчитать проституткой, а значит и со мной захотеть делать, что вздумается, главное с ценой определиться. Мы в массовой культуре это и видим - "все бабы продажные", «женщинам нужны только деньги» и т.п.
Поэтому феминистки, по большей части, выступают против проституции, как явления, и за указание покупателям, что они совершают зло. А Маслова помогает конкретным девушкам прямо сейчас, что тоже хорошо и очень нужно. В итоге люди, которые вообще-то на одной стороне, ссорятся, считая друг друга за врагов, а покупатели и сутенеры продолжают делать, что делают.