Стоя у открытого окна в одной майке и домашних брюках, Нейтан курил, выпуская дым вверх тонкой струйкой. Смотрел на крыши, на высокое осеннее небо. Зябкий ветерок кружил по красной черепице осенние листья, то кидал их вверх, то рассыпал золотыми кляксами. Листья цеплялись за трубы, трепетали, будто боролись за свою жизнь. Ветер подхватывал их, охапками сыпал вниз, на бульвар.
Там звенели конные трамваи, лошади цокали копытами по широкой мостовой, кондуктор выкрикивал остановки. В кофейнях, на аккуратных террасах за белыми столиками сидели нарядные дамы в узких платьях, джентльмены в цилиндрах заказывали горячий шоколад и эклеры.
Дальше, за бульваром, тянулись кварталы победнее. Спокойная, размеренная жизнь города, как волна, добегала до кофеен, конных трамваев, нарядных дам — и отступала, не в силах продвинуться дальше. Дальше, за бульваром, дома были пониже и поуже, квартирки потеснее. Улицы мели раз в неделю, а не каждый день, и ветерок гонял по ним обрывки газет, папиросные окурки и прочий мусор. Из домов слышались запахи чеснока, капусты и вареного мяса.
Там на каждом углу продавали дешевое пиво и горячие жирные сосиски, в переулках на самодельной жаровне дымились каштаны, а девушки в коротких броских платьях махали рукой морякам и просили за поцелуй всего пару монет..
Кварталы тянулись до самого порта, облепляли доки, где разгружались корабли с углем и лесом. Там стоял вечный грохот, краны со скрежетом вздымали железные руки, смотрители перекрикивались с помощниками капитанов и грузчиками, а корабельные гудки порой раздавались так оглушительно громко, что казалось, они кричат тебе прямо в окно. Угольная дымка вечно витала над доками, и когда ветерок нахально сдувал ее в сторону красивых улиц, хозяйки просторных квартир с высокими потолками и лепниной приказывали прислуге захлопывать окна, чтобы черная пыль не оседала на кружевных занавесках.
Нейтан докурил сигарету, смял окурок в тяжелой стеклянной пепельнице.
Надо было бы поискать информацию про этого де Сен-Клера, узнать, что он за человек.
#шнапс_и_эклер
Дело о портрете служанки
Там звенели конные трамваи, лошади цокали копытами по широкой мостовой, кондуктор выкрикивал остановки. В кофейнях, на аккуратных террасах за белыми столиками сидели нарядные дамы в узких платьях, джентльмены в цилиндрах заказывали горячий шоколад и эклеры.
Дальше, за бульваром, тянулись кварталы победнее. Спокойная, размеренная жизнь города, как волна, добегала до кофеен, конных трамваев, нарядных дам — и отступала, не в силах продвинуться дальше. Дальше, за бульваром, дома были пониже и поуже, квартирки потеснее. Улицы мели раз в неделю, а не каждый день, и ветерок гонял по ним обрывки газет, папиросные окурки и прочий мусор. Из домов слышались запахи чеснока, капусты и вареного мяса.
Там на каждом углу продавали дешевое пиво и горячие жирные сосиски, в переулках на самодельной жаровне дымились каштаны, а девушки в коротких броских платьях махали рукой морякам и просили за поцелуй всего пару монет..
Кварталы тянулись до самого порта, облепляли доки, где разгружались корабли с углем и лесом. Там стоял вечный грохот, краны со скрежетом вздымали железные руки, смотрители перекрикивались с помощниками капитанов и грузчиками, а корабельные гудки порой раздавались так оглушительно громко, что казалось, они кричат тебе прямо в окно. Угольная дымка вечно витала над доками, и когда ветерок нахально сдувал ее в сторону красивых улиц, хозяйки просторных квартир с высокими потолками и лепниной приказывали прислуге захлопывать окна, чтобы черная пыль не оседала на кружевных занавесках.
Нейтан докурил сигарету, смял окурок в тяжелой стеклянной пепельнице.
Надо было бы поискать информацию про этого де Сен-Клера, узнать, что он за человек.
#шнапс_и_эклер
Дело о портрете служанки