Книжный магазин «Подписные издания» (а точнее — их букинистический отдел «Академия») переиздаст великую книгу «Из жизни Петербурга на рубеже XIX–XX веков. Записки очевидцев» Дмитрия Засосова и Владимира Пызина — с дизайном Кирилла Глущенко и комментариями икусствоведа Александра Степанова. Большое дело. Дальше в краеведческой серии обещают «Рестораны, трактиры, чайные» Юлии Демиденко (всегда можно полистать в барной библиотеке на Некрасова, 26!).
А вот два наших любимых эпизода из Пызина и Засосова — про петербургскую прото-рюмочную и казенные винные лавки, прото-росалы: бутерброды с бужениной, долги, замученный бармен с двумя бутылками, полицейские и бабы в толстых юбках.
«Знаменит был ресторан Федорова на Малой Садовой, он славился "стойкой". Не раздеваясь, там можно было получить рюмку водки и бутерброд с бужениной, и все это за 10 копеек. Посетители сами набирали бутерброды, а затем расплачивались. По вечерам здесь была толпа. В этой толкучке находились и такие, кто платил за один бутерброд, а съедал больше. Один буфетчик не мог за всеми уследить, несмотря на всю расторопность. И так он в обеих руках держал по бутылке водки, наливая одновременно две рюмки. Он же получал деньги, сколько называл посетитель. Говорят, что кое-кто из недоплативших за бутерброды по стесненным обстоятельствам, когда выходил из кризисного положения, досылал на имя Федорова деньги с благодарственным письмом».
«В лавке было тихо, зато рядом на улице царило оживление: стояли подводы, около них извозчики, любители выпить. Купив посудинку с красной головкой — подешевле, они тут же сбивали сургуч с головки, легонько ударяя ею о стену. Вся штукатурка около дверей была в красных кружках. Затем ударом о ладонь вышибалась пробка, выпивали из горлышка, закусывали или принесенным с собой, или покупали здесь же у стоящих баб горячую картошку, огурец. В крепкие морозы оживление у "казенок" было значительно большее. Колоритными фигурами были бабы в толстых юбках, сидящие на чугунах с горячей картошкой, заменяя собою термос и одновременно греясь в трескучий мороз. Полицейские разгоняли эту компанию от винных лавок, но особенного рвения не проявляли, так как получали угощение от завсегдатаев "казенки"».
А вот два наших любимых эпизода из Пызина и Засосова — про петербургскую прото-рюмочную и казенные винные лавки, прото-росалы: бутерброды с бужениной, долги, замученный бармен с двумя бутылками, полицейские и бабы в толстых юбках.
«Знаменит был ресторан Федорова на Малой Садовой, он славился "стойкой". Не раздеваясь, там можно было получить рюмку водки и бутерброд с бужениной, и все это за 10 копеек. Посетители сами набирали бутерброды, а затем расплачивались. По вечерам здесь была толпа. В этой толкучке находились и такие, кто платил за один бутерброд, а съедал больше. Один буфетчик не мог за всеми уследить, несмотря на всю расторопность. И так он в обеих руках держал по бутылке водки, наливая одновременно две рюмки. Он же получал деньги, сколько называл посетитель. Говорят, что кое-кто из недоплативших за бутерброды по стесненным обстоятельствам, когда выходил из кризисного положения, досылал на имя Федорова деньги с благодарственным письмом».
«В лавке было тихо, зато рядом на улице царило оживление: стояли подводы, около них извозчики, любители выпить. Купив посудинку с красной головкой — подешевле, они тут же сбивали сургуч с головки, легонько ударяя ею о стену. Вся штукатурка около дверей была в красных кружках. Затем ударом о ладонь вышибалась пробка, выпивали из горлышка, закусывали или принесенным с собой, или покупали здесь же у стоящих баб горячую картошку, огурец. В крепкие морозы оживление у "казенок" было значительно большее. Колоритными фигурами были бабы в толстых юбках, сидящие на чугунах с горячей картошкой, заменяя собою термос и одновременно греясь в трескучий мороз. Полицейские разгоняли эту компанию от винных лавок, но особенного рвения не проявляли, так как получали угощение от завсегдатаев "казенки"».