Хроники текущих распитий

В эфире «Ленинградского радио» бар «Хроники» и семейные ценности (спасибо на добром слове!). А у нас ретрансляция «Ленинградского радио». Лучшие люди и вечные темы: Ксения Малич — про Таврический сад, Юлия Машнич – про тельняшки, Борис Филановский — про алгоритмы когнитивной аксиоматики.

Поднимаем за «Ленинградское радио» стакан «Ленинградского налива» и ждем следующих эпизодов.

В среду, 23 июля, на Казанской улице Константин Ямщиков, автор еще одного нашего любимого канала «между приговым и курехиным» и завсегдатай бара «Хроники» (мем с Давыдовым!) прочитает лекцию из серии «Как они пили?» – про круг московских романтических концептуалистов и близких к нему художников, поэтов и музыкантов. Что-то будет и про ленинградскую богему.
Возможно, неплохой повод в кои-то веки пересечь завтра Невский проспект.

Дорогие друзья!

Напомним здесь про то, что многие уже знают, но далеко не все осознали. Подписан новый городской закон, регулирующий работу баров Петербурга с 1 сентября: с осени любое заведение общепита, расположенное в жилом доме или на прилегающих территориях и продающее алкоголь, оказывается вне закона, если его зал обслуживания меньше 50 квадратных метров. Также формируется отдельный реестр мест, которые смогут работать, после 22.00.

Сразу кратко ответим на популярный вопрос: бар «Хроники», так сложилось, пока формально укладывается в предложенные нормы (при этом, как верно отмечают критики закона, логика измерения метража остаётся максимально кривой и непрозрачной; да и за 50 кв метрами при такой динамике легко могут последовать 75, да и все 100).

Тем не менее, уже с 1 сентября новый закон может закрыть десятки городских баров с небольшой площадью. Не сомневаемся, что это противоречит интересам любимого города: его культуре, туристической привлекательности (вся Россия стремится в Петербург, чтобы после Эрмитажа посмотреть на невское барное чудо!) и, в конечном счете, экономике.

Инициативная группа в поддержку маленьких петербургских баров и кафе подготовила обращение к губернатору и собирает подписи за отмену абсурдного критерия метража. Все подробности и аргументы тут.

Поставить свою подпись вы можете и в баре «Хроники» на Некрасова, 26.

Спасибо и следите за новостями!

Книжный магазин «Подписные издания» (а точнее — их букинистический отдел «Академия») переиздаст великую книгу «Из жизни Петербурга на рубеже XIX–XX веков. Записки очевидцев» Дмитрия Засосова и Владимира Пызина — с дизайном Кирилла Глущенко и комментариями икусствоведа Александра Степанова. Большое дело. Дальше в краеведческой серии обещают «Рестораны, трактиры, чайные» Юлии Демиденко (всегда можно полистать в барной библиотеке на Некрасова, 26!).

А вот два наших любимых эпизода из Пызина и Засосова — про петербургскую прото-рюмочную и казенные винные лавки, прото-росалы: бутерброды с бужениной, долги, замученный бармен с двумя бутылками, полицейские и бабы в толстых юбках.

«Знаменит был ресторан Федорова на Малой Садовой, он славился "стойкой". Не раздеваясь, там можно было получить рюмку водки и бутерброд с бужениной, и все это за 10 копеек. Посетители сами набирали бутерброды, а затем расплачивались. По вечерам здесь была толпа. В этой толкучке находились и такие, кто платил за один бутерброд, а съедал больше. Один буфетчик не мог за всеми уследить, несмотря на всю расторопность. И так он в обеих руках держал по бутылке водки, наливая одновременно две рюмки. Он же получал деньги, сколько называл посетитель. Говорят, что кое-кто из недоплативших за бутерброды по стесненным обстоятельствам, когда выходил из кризисного положения, досылал на имя Федорова деньги с благодарственным письмом».

«В лавке было тихо, зато рядом на улице царило оживление: стояли подводы, около них извозчики, любители выпить. Купив посудинку с красной головкой — подешевле, они тут же сбивали сургуч с головки, легонько ударяя ею о стену. Вся штукатурка около дверей была в красных кружках. Затем ударом о ладонь вышибалась пробка, выпивали из горлышка, закусывали или принесенным с собой, или покупали здесь же у стоящих баб горячую картошку, огурец. В крепкие морозы оживление у "казенок" было значительно большее. Колоритными фигурами были бабы в толстых юбках, сидящие на чугунах с горячей картошкой, заменяя собою термос и одновременно греясь в трескучий мороз. Полицейские разгоняли эту компанию от винных лавок, но особенного рвения не проявляли, так как получали угощение от завсегдатаев "казенки"».