Избранные цитаты:1. Когда смотришь на эту ситуацию, видишь два лагеря — и оба знают, что между ними есть напряжение. Адвокаты слышат слово «монополия» и думают: «Наконец-то!». Юристы без статуса слышат то же слово и думают: «Нас захватывают и вытесняют!»
Если поместить чёрных и рыжих муравьев в одну банку, то эти насекомые, относящиеся к одному семейству, не будут сражаться друг с другом, пока эту банку не потрясти. Так и юристы с адвокатами, деля между собой рынок, не замечают, кто трясет их «банку», кто методично выстраивает контроль над всей правозащитой.
2. Контрреформа действует по нимёллеровскому принципу — она разобщает и приходит к каждому по очереди. И юристы компаний не избегут своей участи быть зарегулированными государством, но только в своё время, последним этапом. Ведь нигде в мире нет модели адвокатской монополии с возможностью свободно появляться в суде без статуса от имени своего негосударственного работодателя. Будь ты дважды инхаус — статус получать всё равно придётся.
3. Есть универсальное правило, позволяющее понять, что изменения, предлагаемые властями, в худшую сторону: если ситуация ухудшается, а новые права появляются не у вас, а у разнообразных государственных контролирующих органов по отношению к вам, то вуаля — это контрреформа.
Демонтаж адвокатского самоуправления, захват контроля за входом и выходом в адвокатуру, отрицательная правоприменительная практика, лишение права голоса и критики, плохо работающие гарантии — так адвокатура превращается в управляемую Минюстом платформу, на которой будет принудительно заперта вся правозащита после введения адвокатской монополии. Мы находимся именно здесь. Два шага назад. Back to the USSR.
4. Важно зафиксировать: пять принципов, заложенных в 63-ФЗ, — законность, независимость, самоуправление, корпоративность, равноправие адвокатов — до 2015 года скорее работали, чем просто провозглашались. Начиная с 2015 года адвокатура только теряла права, идентичность, свою роль в гражданском обществе.
5. Важно понимать ситуацию: Министерство юстиции сегодня — это мегарегулятор. Оно уже контролирует нотариат, судебно-экспертную деятельность, общественные организации, включая СРО, судебных приставов, ЗАГС, ФСИН, государственные юридические бюро, разнообразные реестры нового времени, суды (пока что третейские). Минюст почти закабалил адвокатуру через 83-ФЗ, финальная точка должна быть поставлена принятием печально известного законопроекта №158248 об адвокатской монополии, распространением процедуры административного обжалования на решения адвокатских палат.
6. Монополия год за годом не случается. Зато все «прицепы» к монополии — очередной пакет, ущемляющий адвокатов, — принимались. И на деле оказывалось, что в фантик была завёрнута совсем не конфета. И таких «конфет» адвокатура набрала в ладони целую горсть, а эксклюзива так и не получила.
Сложно назвать такой алгоритм случайным совпадением, когда монополия раз за разом выступает для адвокатуры морковкой спереди, позволяющей провести через адвокатское сообщество морковку сзади, в виде следующего пакета ограничений адвокатских прав. Успешный фокус государство уже повторило несколько раз.
Теперь представьте суд будущего: прокурор, судья, эксперт, «госадвокат» — гражданина в суде со всех сторон окружило государство. Это не антиутопия. Это логический финал нынешней архитектуры, если помогать своим молчанием или своими голосами её развивать.
7. Угроза адвокатской независимости часто воспринимается как сугубо корпоративная проблема. Это ошибка — и важно объяснить, почему.
Цепочка прямая: адвокат боится → отказывается от неудобных дел → суд не слышит голос защиты → гражданин беззащитен.
8. Обе части профессионального сообщества сегодня находятся в одной ситуации — с разными документами в кармане. Ответ на неё один: не разбираться между собой по вопросу монополии, а сначала договориться о том, что является неприкосновенным основанием для любой модели регулирования.
Ссылка на
источник.
