На днях нагуглил вконтакте одного экс-начальника, редактора, журналиста-расследователя, изрядно попившего моей крови десять лет назад во время работы в покойной ныне газетке "Вечерний Петербург". Товарищ тот много лет сидел в Агентстве журналистских расследований у Константинова, считался чуть ли не мозговым центром расследовательской команды. То ли по зарплате не сошелся, то ли перемен захотелось, но месяца на 3-4 он перешел к нам замглавреда. И начал, естественно, лепить из нас, распиздяев, мини-филиал АЖУРа, попутно заёбывая нас всякой хуйней типа Создания Единой Базы Ценных Контактов. Плюс товарищ надрачивал нас на поиск всякой чернухи с максимальным количеством трупов, о чем наш матерый спецкор, "золотое перо" редакции Коля (царствие ему небесное), мрачно шутил: трупы, трупы, ищем трупы, день без трупа - день прошел зря!

Ажуровцев из нас не получилось, и товарищ съебал обратно в свой АЖУР на прежнее место, о чем мы всей редакцией расстраивались неделю, попутно порвав пяток баянов. А на днях увидел того товарища пресс-секретарем спортивного фонда "Русские шашки". Почитал на его странице трогательные репортажи о том, как "выступили наши спортсмены". Написано таким удивительно кондовым языком, в худших традициях советской спортивной журналистики. Видно, что товарищ не на своем месте, и что с его головой (а он, несмотря на упоротость, реально мощный аналитик и отличный расследователь) это все равно что гвозди микроскопом забивать. Ну, каждому свое - как писали на воротах одного там заведения.