Documenting joie de vivre

это постскриптум к тому, о чем я рассказывал позавчера в белом кролике

вчера со мной произошла такая история - я лежал на втором этаже с компьютером и читал новую книжку маши кувшиновой про кино. в этот момент внизу послышался женский голос - est-ce qu’il y a quelqu’un à la maison. я выглянул в окно и увидел симпатичную пожилую женщину в платье стоящую у нашей калитки. она объяснила мне, что она знакомая Александра, нашего соседа, но его магазин закрыт и его нет дома. Она попросила отвезти ее в Авалон, где у нее остались какие-то вещи, которые надо забрать. Я спустился вниз, надевая на себя футболку и уверил ее, что с удовольствием отвезу ее, куда надо. Я была раньше медсестрой в вашей округе, делала всем уколы, поэтому знаю тут все fesses, но вот ваша мне незнакома, наверное вы живете тут недавно? С этими словами мы сели в машину. Мы действительно живем тут недавно, а вообще мы из России, объяснил я. О, вы из России, а откуда? Из Москвы? Я всю жизнь мечтала оказаться в Москве, но теперь это слишком стало сложно из-за вашего Путина. Да, поэтому мы и оказались здесь. А чем вы занимаетесь, спросила меня женщина, я продюсер, делаю фильмы, отвечал я. в этот момент она вплеснула руками, и сказала, это невероятная встреча, сейчас я вам расскажу свою историю. Вам знакомо имя Стивена Двоскина, спросила она меня. Если нет, то посмотрите в интернете. Он болел полиомиелитом в детстве и был прикован к инвалидному креслу. В Нью-Йорке он был в Factory и дружил, ну вы сами знаете с кем (наверное, это был Уорхол, подумал я). Он позвал меня к себе на сьемки в Лондон, это было очень мило. Вообще мне 84 года, у меня было три мужа, но они уже все умерли. Один из них был охотник за юбками, он сказал мне что никогда мне не изменит, но не сдержал своего слова и я ушла от него. А вы знаете Марселя Ханума, я снималась у него тоже. Меня зовут Мари-Жозефин, я наполовину бретонка, наполовину корсиканка. Когда я снималась в первом фильме, мой режиссер Паскаль Кане, сказал что мне нужно новое имя Мари Моне. А мою дочь, конечно ее зовут Наташа. У меня есть проект фильма у самой, но я пока еще не смогла найти на него всех денег. Я живу в Бретани, мне удалось там купить себе небольшой домик, а здесь у меня остался участок земли, мне надо его продать, рядом со мной живут богатые голландцы, может быть они и купят. Мы тем временем уже приехали в Авалон. Куда вам надо попасть? Вы знаете музей Костюма? Мы остановились рядом, она исчезла на минуту и вернулась с картонным ящиком наполненным гнилыми персиками, арбузом, дыней и другой едой. Вокруг персиков
роились осы. О, мы наверное так это не сможем увезти? Персики остались с осами, остальное мы с грехом пополам переупаковали в другой ящик и загрузили в багажник. Когда мы вернулись к нам в деревню я увидел, что машина Александра снова на месте и позвал Мари-Жозефин к нам выпить кофе. Вскоре мелькнул проходивший мимо Александр и его позвал тоже к нам. После милой беседы из которой еще выяснялось что Мари-Жозефин пишет стихи и прочла всю Марину Цветаеву, Александр забрал ее с собой. Их приключения на этом конечно не окончились. Я только что зашел к Александру, чтобы взять у него телефон и адрес этой невероятной женщины.