Вчера читал в Ленинке исследование об идентичности потомков русско-еврейских браков. Там автор (Елена Носенко-Штейн) выделяет четыре типа такой идентичности:
1) считающие себя однозначно русскими;
2) считающие себя интернационалистами, а евреями только при проявлениях антисемитизма;
3) считающие себя то русскими, то евреями, смотря по обстоятельствам;
4) считающие себя однозначно евреями.
А потом я сидел в столовой и думал, куда мне в этой классификации отнести себя (потому что ни одно из описаний ко мне в полной мере не подходит). А в столовой в это время звучало "Утомлённое солнце", и тут меня прям до мурашек пробрало. Потому что вспомнил момент из любимейшего мультфильма "Сказка сказок", где под музыку этого популярного довоенного танго сначала танцуют пары, а потом одна за другой женщины остаются одни - мужчины уходят на фронт, а оттуда летят извещения-треугольники.
И я понял, что это и есть ответ на вопрос об идентичности. Пресловутый генетический код сам по себе ничего не определяет, но вот культурный код действительно определяет очень многое. Почему так трогает эта мелодия в контексте мультфильма? Тут дело в синтезе частного и общего, семейной памяти и коллективной истории, которая шире, чем только еврейская или только русская. То, что режиссёр "Сказки сказок" принадлежит к тому же народу, что и мои предки по отцовской линии, в данном случае важно не само по себе, не как фактор "узнавания своих по крови", а важно постольку, поскольку он отразил здесь переживания, значимые и для него лично (отец Норштейна тоже был на фронте), и для подавляющего большинства советских людей, вне зависимости от их национальности (похожая история с песней "Журавли", где евреями были и композитор, и переводчик текста с аварского на русский, и первый исполнитель). То есть общее выражает себя через частное, а это частное, в свою очередь, усиливает, обостряет, делает более крепким и личностным восприятие общего. Причём эта идентичность шире чисто территориальной, тут не только про общность судьбы, волей-неволей возникающую у тех, кто живёт на территории одного государства, но и про общность ценностей, невзирая на границы стран и различия культур: идея мультфильма Норштейну была подсказана одноимённым стихотворением Назыма Хикмета, который для меня тоже "свой" (хотя никаких этнических связей с турецкой культурой у меня нет), и это ещё одна причина, почему мне близок этот мультфильм.
В общем, не знаю, можно ли этот ответ уложить в рамки какого-то формального определения. Но буду очень рад, если кто-то из подписчиков (может быть, со сходным опытом и самоощущением, а может быть, и с совсем другим) в комментариях выскажет свои мысли по этому поводу.
#советскиеевреи #ВеликаяОтечественная #интернационализм #личное
1) считающие себя однозначно русскими;
2) считающие себя интернационалистами, а евреями только при проявлениях антисемитизма;
3) считающие себя то русскими, то евреями, смотря по обстоятельствам;
4) считающие себя однозначно евреями.
А потом я сидел в столовой и думал, куда мне в этой классификации отнести себя (потому что ни одно из описаний ко мне в полной мере не подходит). А в столовой в это время звучало "Утомлённое солнце", и тут меня прям до мурашек пробрало. Потому что вспомнил момент из любимейшего мультфильма "Сказка сказок", где под музыку этого популярного довоенного танго сначала танцуют пары, а потом одна за другой женщины остаются одни - мужчины уходят на фронт, а оттуда летят извещения-треугольники.
И я понял, что это и есть ответ на вопрос об идентичности. Пресловутый генетический код сам по себе ничего не определяет, но вот культурный код действительно определяет очень многое. Почему так трогает эта мелодия в контексте мультфильма? Тут дело в синтезе частного и общего, семейной памяти и коллективной истории, которая шире, чем только еврейская или только русская. То, что режиссёр "Сказки сказок" принадлежит к тому же народу, что и мои предки по отцовской линии, в данном случае важно не само по себе, не как фактор "узнавания своих по крови", а важно постольку, поскольку он отразил здесь переживания, значимые и для него лично (отец Норштейна тоже был на фронте), и для подавляющего большинства советских людей, вне зависимости от их национальности (похожая история с песней "Журавли", где евреями были и композитор, и переводчик текста с аварского на русский, и первый исполнитель). То есть общее выражает себя через частное, а это частное, в свою очередь, усиливает, обостряет, делает более крепким и личностным восприятие общего. Причём эта идентичность шире чисто территориальной, тут не только про общность судьбы, волей-неволей возникающую у тех, кто живёт на территории одного государства, но и про общность ценностей, невзирая на границы стран и различия культур: идея мультфильма Норштейну была подсказана одноимённым стихотворением Назыма Хикмета, который для меня тоже "свой" (хотя никаких этнических связей с турецкой культурой у меня нет), и это ещё одна причина, почему мне близок этот мультфильм.
В общем, не знаю, можно ли этот ответ уложить в рамки какого-то формального определения. Но буду очень рад, если кто-то из подписчиков (может быть, со сходным опытом и самоощущением, а может быть, и с совсем другим) в комментариях выскажет свои мысли по этому поводу.
#советскиеевреи #ВеликаяОтечественная #интернационализм #личное