Судебная практика по страхованию

Исходя из вышеприведенного, Законом об ОСАГО и Единой методикой установлен запрет на использование при восстановительном ремонте поврежденного транспортного средства бывших в употреблении или восстановленных комплектующих изделий (деталей, узлов, агрегатов), запрета на использование «неоригинальных» запасных частей не содержится.

суд апелляционной инстанции не дал оценки вышеуказанным действиям цессионария, не принял во внимание, что ООО «ДТП Онлайн» является юридическим лицом, осуществляющим, в том числе профессиональную деятельность в области страхования, предоставлении юридических и страховых услуг, в связи с чем, оно могло и должно было знать о правах и обязанностях, предусмотренных Законом об ОСАГО, а потому, заявив о выплате страхового возмещения на счет общества, явно и недвусмысленно выразило намерение на получение страхового возмещения в денежной форме, а после его получения не обращалось к страховщику и финансовому уполномоченному с заявлениями об организации и оплаты восстановительного ремонта поврежденного автомобиля, настаивая на доплате страхового возмещения и выплате убытков в денежной форме.

25 июня апелляция это решение отменила, отклонив иск полностью (А40-218190/2024). Выяснилось, что истец не является выгодоприобретателем по договору страхования.

Выгодоприобретатель страховой выплаты – собственник крана (нидерландская компания Trading Company P van Adrighem B.V).

Апелляция указала, что право требования страховой выплаты принадлежит только собственнику, арендатор (истец) не понес прямых убытков от утраты имущества.

взыскание со страховой компании в пользу истца всей
стоимости ремонта без учёта того, что изначально истец был обязан внести
доплату, нарушает условия обязательного страхования ответственности
владельцев транспортных средств, является следствием неправильного применения судом первой инстанции положений Закона об ОСАГО и влечет получение истцом несправедливого обогащения за счет страховщика

Без выполнения потерпевшим данной обязанности у страховщика может возникнуть необоснованное финансовое бремя, обусловленное бессмысленной организацией транспортировки автомобиля

При этом выводы суда не основаны на положениях подпункта «ж» пункта 16.1 статьи 12 Закона об ОСАГО и разъяснениях по его применению, поскольку закон не указывает в качестве обязательных условий заключение отдельного соглашения с указанием размера страхового возмещения, сроков его выплаты и последствия принятия страхового возмещения в денежной форме и в соответствующем размере.

юридически значимым обстоятельством будет являться не дата получения направления потерпевшим, а дата его оформления и готовности страховщика его выдать, в данном случае отправки его в адрес истца.

Поскольку из установленных судами обстоятельств следовало, что на
момент обращения Тархановой М.В. за страховым возмещением документами о
ДТП была установлена ответственность только одного водителя -
Тарханова Г.С, названные выше положения пункта 22 статьи 12 Закона об
ОСАГО применению не подлежали.

из приведенных обстоятельств следует, что после выплаты истцу страхового возмещения, каких либо претензий относительно не выполнения страховщиком обязанности по организации и проведению восстановительного ремонта, Кемовым Р.В. в адрес АО «ГСК «Югория» не поступало, а все направленные в адрес страховщика претензии, равно как и обращение к финансовому уполномоченному, сводились Кемовым Р.В. к несогласию с суммой страхового возмещения.

Указанное свидетельствует о том, что истец не возражал и был согласен с тем, что возмещение ему произведено в форме страховой выплаты, в связи с чем, выбрал для себя именно такую форму возмещения, что не противоречит приведенным выше положениям статьи 12 Федерального закона от 25 апреля 2002 года № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» и разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации.

Таким образом, предъявление требований о возмещении убытков связанных с необходимостью восстановления транспортного средства после его отчуждения свидетельствует об отсутствии таких убытков и недобросовестности действий на стороне истца.

С учетом вышеуказанного правового регулирования и установленных фактических обстоятельств, поскольку из материалов дела усматривается несовпадение даты и времени формирования сведений о ДТП со временем произошедшего, отраженного в европротоколе, срок передачи водителем данных о событии, полученных с использованием программного обеспечения, превышает 60 мин., суды правомерно пришли к выводу, что в данном случае лимит ответственности страховщика по договору ОСАГО ограничен 100000 руб., в связи с чем оснований для удовлетворения заявленных исковых требований не имеется.

Отклоняя доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции обосновано указал, что ни Закон об ОСАГО, ни положения Единой методики не содержат запрета на проведение восстановительного ремонта сертифицированными аналогами запасных частей, за исключением гарантийных автомобилей. В свою очередь, согласно свидетельству о регистрации транспортного средства, автомобиль истца 2001 года выпуска, на дату ДТП его возраст составил более 23 лет (то есть больше граничных 7 лет, когда Методические рекомендации предусматривают использование только оригинальные детали), что исключает сохранение гарантийных обязательств завода изготовителя на автомобиль

Рассчитывая размер убытков, суд апелляционной инстанции правильно
исходил из заключения о рыночной стоимости восстановительного ремонта
автомобиля (2 040 826,34 руб.), уменьшив ее на выплаченную страховщиком сумму
(400 000 руб.) и сумму, которую истец должен был бы доплатить станции
технического обслуживания (1619 266 руб. стоимость ремонта по Единой методике
без учета износа - 400 000 руб. (лимит страхового возмещения) =1219266 руб).